Вверх страницы
Вниз страницы

Утопия "Шанс выжить дается не каждому..."

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Утопия "Шанс выжить дается не каждому..." » Отыгрыши » Район "Жильники"


Район "Жильники"

Сообщений 151 страница 164 из 164

151

- Я взрослым не особо доверяю, - признался Спичка. - Кому-то из них рассказывать - это если ещё соберутся выслушать. А это вряд ли, обычно прогоняют. Все знают степные сказки, а что половину сказок я вживую увидел...
Проныра как-то слегка обиженно шмыгнул носом и нырнул в какой-то проём в заборе, скрытый за кучей бурьяна, походя зацепился вихром, но даже этого не заметил - машинально содрал с волос приставший репейник, да закинул его куда-то обратно на улицу.
- Тут быстрее будет, - пояснил мальчик. - А, так может Капелле расскажем? Она хорошая, всегда выслушает, к тому же в этих делах разбирается получше других. Сам-то я не знаю, как Людоедку ловить. Силком, как птицу, не поймаешь, на хвост соли тоже не насыпать, у неё хвоста, поди, и нету. И как Одноногую Тень её тоже не словишь, там достаточно просто ржавый гвоздь вбить под порог, чтобы она споткнулась...
Спичка озабоченно нахмурился, мысленно перебирая все известные ему способы ловли разнообразной степной нечисти. Способов-то было море, да только под Людоедку (да с когтями-то такими огромными!) ни один не подходил. Но только это сначала надо уточнить, правда ли это она была, а то тень, виденная Спичкой, женскую фигуру мало напоминала. Хотя вон и одонги тоже с людьми мало сходства имеют, а ведь поди ж ты. В общем, кто их разберет, тварей степных.

+2

152

Болька жадно слушал каждое слово своего спутника, а то тот и так особой словоохотливостью не отличался. Постоянно приходилось задавать какие-то вопросы,  да подкидывать темы для разговора. А иначе, казалось, Спичка потеряет интерес к окружающему миру, да погрузится в собственные размышления, вовсе позабыв про Больку. Мальчику даже казалось, что старшему товарищу не интересно с ним. «Ну конечно, я подикась, мал для него, да скушен.. А вона, ничего, Лерка же со мной общался. Со скуки вродь не издох..» Самойлов тяжело вздохнул,  с тоскливым таким придыханием, и лямочку ранца поправил слишком резко – ну не умел ещё ребёнок скрывать свои переживания. При всём этом ещё старался поспевать за Спичкой, не отставая ни на шаг, чтоб пострел не пожалел, что вообще связался с Болькой.
- О! А ещё можно попробовать вокруг неё соль насыпать. Я читал, что нечисть не может через такой круг перешагивать.. – не преминул вставить свои пять копеек двоедушник. Когда речь заходила о подобного рода вещах, мальчик мог трещать без умолку, предлагая всё новые варианты. Не зря же он часами сидел в школьной библиотеке, читая все сказки подряд. Даже самые безумные. – Ещё я знаю, что таким душегубцам нужно кол деревянный в сердце втыкать, они от этого тут же и издыхают. А чтоб тебя самого не тронули, нужно чесноком обвешаться. Они этот запах вообще не переносят и даже близко к тебе не подойдут. Вот.
Мальчик осмотрелся – они уже довольно много прошли, и сейчас им открылась чудесная картина: граница района Жильники, где щедро были рассыпаны патрульные. «Опаньки! И это как же сейчас выходить от сюдова?»  Топать обратно к дырке в стене? Абсурд! – это лишняя трата времени и мало ли кого они опять по пути встретят. А мимо этих молодцев уж точно не пройти не замеченными. Болеслав посмотрел на Спичку, с немым вопросом в глазах.
- Слухай, может им сказать, что где-нибудь за парой домов больные люди на здоровых напали? Они ж наверняка ринутся туда, всё таки это их долг. Как считаешь?

+1

153

- Я бы им на глаза не показывался... могут не выслушать, а могут ещё и лещом угостить, таким, что потом полдня черепушка звенеть будет, - проговорил Спичка, насупленно глядя на скопление людей. В памяти ещё свежи были воспоминания о том, как он на Складах сновал по своим делам, а когда спускался с крыши, был сцапан одним из таких вот усатых молодчиков. Выкрутился, конечно, но ухо долго потом горело. Машинально его потерев, проныра перевёл взгляд на другую сторону улицы и приметил там какое-то движение. Присмотревшись, он понял, в чём дело: группка людей, замотанных в заскорузлое от гноя тряпьё, пошатываясь, двигалась в сторону выхода, как раз где патрульщики стояли. Один из них запнулся, но чудом удержался на неверных ногах, опёрся рукой о шершавую кирпичную стену ближайшего дома, содрал кожу, но как будто этого не заметил. Такое ощущение, что они вообще ничего вокруг не замечали и к выходу шли, будто интуитивно.
- А может, сейчас их по домам начнут разводить, а мы и проскочим... там в одном месте забор неплотно примыкает, - неуверенно сказал Спичка, не сводя глаз со стайки людей в тряпье. Среди патрульщиков тоже началось движение, и, судя по резким движениям и выкрикам, они совершенно не собирались проявлять к зараженным нежность и заботу.

+1

154

И правда, охранцы гуртом погнали закутанных в тряпьё бедолаг, отводя их в сторону. Звуки ударов и глухие вскрики можно было услышать с соседней улицы. Патрульные оттеснили заражённых от того места, где мальчики собирались выйти, но заражённый квартал не пожелал отпускать добычу. Войти сюда было сложно, а выбраться ещё сложнее. Матёрая крыса вспугнутая шумом перестала отгрызать кость от тела и стремглав бросилась наутёк. К несчастью её путь пролегал мимо ребят притаившихся в надежде проскользнуть незамеченными. Зверёк шустро перебирал лапками, стараясь убраться подальше. И тут, чьё-то движение заставило крысу остановиться, хвост обожгла боль и зверёк, взвизгнув, одновременно подпрыгивая и раскрывая пасть, вцепился в ногу, что придавила кончик его хвоста. Зубки, которые только-что побывали в теле умершего заражённого, проникли глубоко в икру мальчика. Хвост освободился, и крыса, отпрыгнув в сторону, скрылась в ближайшей подворотне. На брюках Болеслава Самойлова остались дырочки от острых зубов, проступили кровавые капельки, а в крови Больки уже хозяйствовала песчанка, торопясь добраться до главного - сердца мальчонки.

+1

155

Увидав людей, которые больше были похожи на оживших мертвецов, Болька инстинктивно попятился назад, ошарашенный их видом. Было такое ощущение, что эти несчастные попытались утаить свою болезнь в грязных тряпках, но ничто не могло скрыть ужасные нарывы на теле.
Мальчик поморщился от отвращения:
-Не думаю, что их по домам разведут. Таким уже только один путь – на кладбище. У нас же один врач теперича, Рубин. Он с такими возиться не будет. – И в подтверждение словам Самойлова патрульщики накинулись на заражённых. Было видно, что им самим не охота приближаться к этим людям, а от того все их движения казались ещё более жестокими.
Парнишку аж всего передёрнуло, из-за чего он сделал ещё пару шагов назад. Вдруг, его ногу обожгло болью, от чего он тут же громко ойкнул, скорей от неожиданности, чем от испуга. Посмотрев вниз, Болька успел заметить только громадный хвост, но и тот быстро скрылся за углом ближайшего дома. «Бли-и-и-ин.. Да откуда ж  ты, окаянная, взялась?» Мальчика пробил озноб - а вдруг, эта крыса была такая же, как и та, про которую недавно Спичка рассказывал? Самойлов с нескрываемым ужасом в глазах посмотрел на своего товарища и охрипшим от волнения голоса сказал:
- Эта гадина меня тяпнула!

+1

156

Спичка был поглощён наблюдением за патрульщиками, которые мутузили группку больных. Те даже сопротивляться не могли - закрывались руками, или пытались убежать, но сил не хватало, и они довольно скоро падали, запнувшись, где их настигали тяжёлые, окованные металлом ботинки. Сюда нельзя было заходить, а уж выходить тем более. Свалка перебиралась всё дальше, и вот уже проныра увидел маршрут, по которому можно было бы пробраться незамеченными, как...
Раздался пронзительный визг и мальчик вздрогнул, обернувшись.
Болька, весь бледный какой-то, уставился на Спичку расширенными от ужаса глазами и проговорил:
- Эта гадина меня тяпнула!
- Что? Какая... - Спичка быстро оглянулся по сторонам, никого не увидел, только покрепче перехватил свою штакетину от забора. - Крыса? Надо... надо тебя ко врачу отвести, вот что. К Рубину, прямо сейчас, пошли.
Он схватил товарища за руку повыше запятья, мельком отметив, - горячий какой-то, - и потянул вперёд, к забору с выходом, границе между этим ужасным районом и спокойным, безопасным остальным городом.
- Тут до него недалеко, - бормотал Спичка осипшим голосом, - сначала тут, через забор, потом выйдем, по мосту через реку, а тут и склады. Я знаю, там его скорее найдёшь, чем дома. А если нет, то к столичному доктору, я там был сегодня, знаю, где он сейчас.
Воображение рисовало картины одну страшнее другой. Если бы это была какая-нибудь другая крыса, в другой части города, а главное, в другое время - беспокоиться было бы особо не о чем. Но они видели всех этих больных людей, и больную крысу Спичка видел самолично. Он даже подумал, уж не она ли за ними вернулась? Но быстро отмёл эту мысль.
Спичка обогнул дом и приблизился к забору, там, ногой выбив слабо держащуюся доску, - осторожничать в другое время будет, - пропустил Больку вперёд. Местность за этой оградой была безлюдная - покатый берег реки, поросший камышами, железнодорожный мост, да складские помещения.

+2

157

Не смотря на испуг Спичка во всю старался помочь другу. И всё бы у него получилась, но несчастный Болька, подкошенный долгим блужданием по улицам и голодом, не выдержал свалившейся на него напасти. Только Спичка проделал дыру в заборе, как перед взором Самойлова всё потемнело и, быстро кружась, стало расплываться. Мальчик без сознания рухнул на нижнюю перекладину забора, застряв в узком лазе рёбрами.

оффтоп

У Болеслава проблемы с интернетом. Поэтому он пока побудет куклой)  К Вам скоро подойдёт Пётр Стаматин

0

158

Все последующие действия казались растянувшимися во времени, а голову будто накрыло подушкой, сквозь которую не проникали никакие звуки. Болька в самый неподходящий момент вдруг обмяк и отключился, а Спичка, процедив сквозь зубы что-то маловразумительное, перевалился через забор на другую сторону и с горем пополам потащил безвольное тело на себя, пыхтя и краснея.
Наконец, ему удалось высвободить товарища. Человек без сознания, даже такой худой и маленький, как Самойлов, был тяжеловат, но оказалось, что очень удобно его вытаскивать, пропустив руки подмышками. Оставалось только надеяться, что ободранные рёбра он не поставит Спичке в вину - более того, проныра был уверен, что так и было изначально.
Он оттащил его подальше на обочину и, не давая себе отдышаться, похлопал Болеслава по щекам, но тот не приходил в сознание. Под приоткрытыми веками виднелись закатившиеся глаза.
- Что же делать, что же делать... - пробормотал Спичка, сплюнул в сторону и тревожно огляделся по сторонам. К худу ли, к добру ли, но пока никого не видно. Утерев нос, он присел на корточки и ущипнул Самойлова за мочку уха: слышал, что резкая боль может привести в сознание. Но даже это не возымело никакого эффекта.
- Ладно, тогда к доктору, - решил он, и, кое-как подняв товарища на руки, - как хорошо, что тот и младше, и легче, - огляделся ещё раз. По левую руку - склады и железнодорожный мост через Жилку, а там и до Рубина недалеко. По правую - ещё один мост, уже городской, и где-то на другом конце Города можно отыскать столичного доктора... Нет, лучше к Рубину. Тут ближе.
Придерживая то и дело сползающее тело, Спичка побрёл к складам, поминутно озираясь и особенное внимание обращая на землю: там могут быть крысы. О том, что будет делать, если крыса вдруг попадётся, он не хотел думать.

0

159

Очнувшись, Пётр долго и вдумчиво щупал след от столешницы на лице. Да что щупать: у него всё лицо было - след столешницы. Музыка в кабаке играла фоновая, ненавязчивая, но даже такая била по мозгам. Во рту оказалось гнилостно и солёно, в голову будто битого стекла пополам с песком засыпали, даже подбородок безболезненно не поднять. Проспал он, по ощущениям, немного, но эффект оказался убойный: похмелье навалилось всеми немалыми силами, как будто ждало, подлое. Снаружи, похоже, ещё даже не вечерело, и в такое раннее время трезвым Стаматин быть не привык, дайте срок - поправим это недоразумение. Неприкосновенный (на деле - очень даже прикосновенный, и регулярно) запасец покоился у архитектора за пазухой: плоская фляга, на дне которой должно было оставаться на несколько глотков. Таким образом, проблема решалась просто, но мысль о том, что, в дополнение к завтрашнему утреннему-классическому похмелу ему приходится терпеть внеочередной, причиняла страдание. Вдобавок, в его сторону двинулся официант, на лицо недовольный, мнущий в руках то ли счёт, то ли какую другую бумажицу.
С первого раза Петру удалось извлечь из собственной глотки только глухой хрип, переходящий в раскатистое моторное рычание. Разладился инструмент... Где-то рядом с неожиданности шарахнулись.
- Это не я, - Категорично просипел архитектор со второго раза, поднимая на официанта окоселые, покрасневшие с перепоя, но относительно честные глаза. Сомнений у Петра не возникало: кто-нибудь наломал стульев об чужие хребты, пока он спал, и теперь ушлый служка хочет облапошить, стрясти денег. Пьяному легко быть виноватым. Чай, оно не в первый раз...
- Ей-богу, не я. Хотите - на костях стану клясться... Уйди, нечистая, - Вяло отмахивался Пётр, пока ему под нос упорно совали квитанцию. "Нечистая", не утерпев, рявкнул что-то громкое, неодобрительное, отчего с Петром случился внеплановый приступ мизантропии, потому что голова будто треснула надвое. - Оййй... К чёрту, я заплачу... Брат заплатит, - Можно было заранее вообразить себе масштабы братовой радости по этому поводу. Стаматин навалился на столешницу, уткнул улыбало в бумажку, накрыл пухнущую похмельную голову рукой и стал ждать, пока официант-надсмотрщик сгинет. Ладно - хотя бы пока перестанет рядом маячить. Затылок мурашило чужим недовольным взглядом ещё несколько секунд, потом отстучали по полу шаги - удаляющиеся. - Славься, милостивая душа.
Бумажка оказалась - не счёт и не претензия. От удивления Петру удалось заставить себя разогнуться. Ну, каракули-то понарисованы... Писал бы печатными, что ли. - Вздыхал он, возя пальцем по письму. Письма было - неполных две строчки, но на расшифровку у смурного архитектора всё равно ушло немалое время.
Неясно было, за каким рожном ему идти на площадь; с другой стороны, Пётр смутно припоминал, что был же разговор... Но больше всего подстёгивала мысль, что - вдруг - брат ждёт его всё это время. Стаматин был согласен быть пьяницей, пропащим элементом и параллельно (с каким колоритным уважением и сожалением это обычно говорилось) - творческим человеком, но обузой для брата становиться не собирался. Подобрав мелкую денежку, прилагавшуюся к записке, он сложил все трофеи в карман плаща, нетвёрдо поднялся на ноги и двинулся на выход. В спину зазвучал приглушённый гул голосов, окликнули "Куда? Сгинет ведь". Подходя к двери, Пётр обратил внимание на то, что толстенный засов был заложен в пазы - сидели как в крепости. Причины такой осторожности были ему непонятны. Прежде, чем кто-либо успел его остановить, архитектор, демонстрируя неожиданную для синюшного силу, выдрал из пазов засов и покинул кабак.

--->>> Жильники, улица

Отредактировано Пётр Стаматин (2012-04-22 18:43:25)

+3

160

Болька стонет и мечется в бреду, выкрикивая имя сестры, хватая цепкими пальцами руки Спички и, выпучив невидящие глаза, бормочет про Шабначку и Монстрю, выскальзывает из рук заботливого паренька и обхватив себя руками, скорчившись, замирает на земле. Жар закрадывается в тело, заставляя щёки паренька гореть алыми пятнами. Спичка сам слаб, не евши, где ж взять её... еды-то? Придётся ему бегом бежать до Рубиновского убежища, оставив Больку на время, да стучать кулаками прося, нет требуя помочь...

0

161

Он уже подходил к насыпи под мостом, когда пришло понимание того, что дальше так не может продолжаться - плечи налились свинцовой тяжестью, и удержать скользкого от пота Самойлова было почти невозможно. Спичка сумел только подстраховать падение. Без особой надежды попробовал ещё раз привести его в чувство, но не вышло.
Проныра шмыгнул носом, моргнул, явно борясь с собой. Наконец, наклонился к съежившемуся на земле Больке, сказал:
- Я вернусь сейчас, ты только никуда... а, ладно!
И, развернувшись, полез по насыпи наверх. Избавление от груза придало сил, и Спичка проворно взобрался наверх, цепляясь за пожухлую, холодную траву. Встав на рельсы, побежал по направлению к складам, отряхивая на бегу ладони от земли и налипших травинок. Только бы Рубин был у себя...
Спичка бежал по шпалам, и каждый шаг гулко отдавался в голове. "Я ведь не могу заболеть", - уверял он себя на бегу, - "Меня же никакая крыса не кусала...".
Обогнув застрявший на рельсах вагон, он остановился, чтобы отдышаться, и некоторое время стоял так, уперевшись руками в колени. Потом снова побежал - на сей раз на территорию складов. Петляя между пронумерованными ангарами, он приближался к убежищу. Да, Стах наверняка там, иначе и не может быть.
Чтобы сократить путь, Спичка перелез через поставленные одна на другую бочки, спрыгнул с забора, к которому они были приставлены, и увидел, наконец, маленький сарай, в котором порой можно было найти Рубина.
Ах, сколько времени провёл Спичка, подглядывая в щель в стене, и всё надеясь, что вот сейчас он достанет труп и начнёт его резать! Живот подводило от страха и ощущения, что сейчас он станет свидетелем чего-то запретного!
Зрелища со вскрытием он так и не дождался, - Стах что-то всё разглядывал в микроскоп, делал что-то ещё непонятное, а потом в какой-то момент щель просто перестала быть источником новых сведений, должно быть, он чем-то её завесил.
Спичка даже подумал мельком, что если сейчас попадёт внутрь, то увидит, почему щель перестала работать.
Часто дыша, он подбежал к убежищу Рубина и начал долбить в дверь кулаками, ногой. Ощущение, что он нашел спасение, наконец, затопило его.

Оффтоп

И вот я не вижу домика доктора нашего, или плохо ищу х)

>>> Старый склад

Отредактировано Спичка (2012-04-25 18:37:38)

+2

162

Жильники, кабак --->>>

Оказалось черно. В воздухе висела грязная копоть, но дымом ниоткуда не тянуло. Да и чад был не дымный, другой: какой-то смрадный, нечистый, нёс с собой гниль и мерзость. Чего только ни нанюхался Стаматин за свою жизнь, в какой дряни лицом ни належался, но это поветрие вызывало особую неприязнь. Даже похмельный и умученный, Пётр сообразил, что, видимо, пока спал, район накрыло чумным маревом. Тоскливо поворотился назад, глянул на полуподвальную дверь в кабак, постоял столбом и решительно дёрнул головой: не годилось отсиживаться, когда где-то в прокажённом квартале, может, погибал брат. Только б не дурил, ушёл бы... - И как угадать, что перевесило: Андреев отчаянный, разухабистый гонор или полузадавленное чувство здравого смысла? Этого самого здравого смысла и у Петра было маловато: придерживаясь зданий и старательно печатая о землю подошвы ботинок (всё норовила уйти из-под ног, нахальная), архитектор потащился вдоль набережной. Сразу заворачивать к площади было жутковато, прочь, в безопасное место, не пускала лютая тоска: не опоздать бы.
Навстречу от стены дома отделилось нечто гротескное, деформированное, как попало обмотанное свалявшимся тряпьём. Чёрт его знает, чем эти обёртки успели пропитаться, но, просохнув, при движении издавали скребущее шуршание и чуть ли даже не постукивание, как папье-маше. Пребывающий в сухом похмельном ауте Пётр заметил прокажённого примерно тогда же, когда тот увидел его. То ли перекошенная от обилия впечатлений и витающих вокруг ароматов морда архитектора пришлась несчастному по нраву, то ли тот просто был подвержен неуёмному человеколюбию, да только, заметив Петра, проявил неожиданную прыть и шусто заковылял навстречу, протягивая руки с провисшими на них, обляпанными дрянью бинтами.
По маневренности пропитанный твириновыми парами Стаматин превосходил жертву песчанки только ненамного. Когда пошатывающийся тряпичный ком шатнуло ближе, стали видны подтекающие гноем и изъеденные проказой веки, глубокие, в самое мясо, трещины на губах... Это зрелище настолько отрезвляло, что архитектор, тихо взвыв нечто нечленораздельное, скакнул назад так, как и в более молодые и здоровые годы не случалось прыгать, обогнул прокажённого и припустил по набережной в сторону складов. Изуродованная мумия мешкала: ей, кажется, хотелось идти в обе стороны одновременно.
Это был тот случай, когда нетрезвый проявлял большую сноровку и увёртливость, чем нормальный. Не зря ходили народные байки: Петру и раньше приходилось пьяным выпадать с такой высоты, с какой трезвым, сверзившись, свернул бы шею. Вот и сейчас - сам не заметил, как вылетел к самой границе оцепленного района, на нетвёрдых ногах, но всё ж таки почти взлетел пару метров по насыпи. Как горячка отступила и в глазах более-менее прояснилось, остановился отдышаться. Рука сама влезла за пазуху, пальцы зацепили нагревшийся металлический бок фляги. Славный у Петра был автопилот, обученный... Сделав пару глотков горькой, огневой твириновки, архитектор принялся навинчивать на флягу крышечку, чувствуя, что в голове хоть немного проясняется. И заметил пацана, ничком лежащего на земле.
При виде женщины или ребёнка в беде даже в таком запойном, как Стаматин, проснётся беспокойство. Необходимость засветиться на площади была временно забыта, архитектор скатился с насыпи, поднавис над ребёнком, трогать побоялся.
Живой, нет? - Мелкий парнишка казался смутно знакомым, впрочем, неудивительно: порядки такие насчёт детей в городе, что бегают, как вздумается, почти без присмотра... Все чумазые детские мордахи давно в глаза примелькались. Пётр наклонился над пареньком послушать, замер - да нет, вроде, дышит. Завертел головой - нет ли рядом кого? - не оказалось. Делать-то с ним чего? Неспроста же вырубился... - Что угодно, но явно не смотреть бестолково, дыша перегаром. Оставить малого лежать тут, на погибель, Пётр не мог - сказывалось забитая твирином, оставленная в далёком отрочестве, но всё ж живучая порядочность. Не раздумывая лишка, архитектор сгрёб пацана под колени и под спину, поднял просто, как тряпочного - среди здешних детей не найти ни одного тяжёлого, даже малолетняя округлость с них, пострелов, быстро спадала. Уделяя гораздо большее внимание сохранению равновесия, Пётр медленно полез в гору. Мыслил он всё ещё туманно, куда тащить ребёнка - не представлял, не было у него в городе, кроме кабака, ни единого убежища, не к себе ж домой нести... А кабак - недоброе для мелочи место, к тому же, оба укрытия нынче находились на заражённой земле.

Оффтоп

Да, давайте скоординируемся: то ли Спичке достучаться до Стаха и вернуться с ним, то ли не достучаться и возвратиться за Болькой одному, то ли мне догнать Спичку и нам вместе двигать к Рубину. А меня попервости можно смело принять за мародёра и расхитителя, обзывать и пинаться.)

--->>> Старый склад

Отредактировано Пётр Стаматин (2012-04-29 17:51:43)

+2

163

"Двое с носилками, один с топором"
После разговора с Ольгимским и прождав Данковского, обещанное тому в письме время, Рубин возвращается в Прозекторскую. Что же он видит? Один из стайки ребятишек, что кружат повсюду, старается взломать его тайник.
Спичка пытается объяснить Стаху про беду его друга. Стаматин ни за что не вернётся на охваченные язвой улицы. Лучше к Ольгимским. С мелочью Капелла возится, она должна знать как помочь, заодно может и Виктор окажется дома. Путь один - через склады.

оффтоп

Порядок написания постов: Рубин, Спичка, Стаматин

Спичка написал(а):

или плохо ищу

Именно) ищите в Сердечнике, возле Театра.
Рубин отпишется вечером. Удачной игры.

0

164

Улица; Кабак; "Вербы" Анны Ангел; Дом Векшиных; Мост через речку Жилку

0


Вы здесь » Утопия "Шанс выжить дается не каждому..." » Отыгрыши » Район "Жильники"


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC