Вверх страницы
Вниз страницы

Утопия "Шанс выжить дается не каждому..."

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Утопия "Шанс выжить дается не каждому..." » Отыгрыши » Район "Кожевенный"


Район "Кожевенный"

Сообщений 91 страница 120 из 231

91

<<<<<Дом Похмельного<<<<<<<
Ноги кудрявого, что есть сил, молотили по мостовой. Было уже видно, что парень выдохся и подгоняет его только страх. Мимо мелькали дома и проулки. Пару раз он чуть не подвернул ногу, одна  из привязанных подошв, слетела с его ноги, а вторая болталась с боку, ударяя по голени, и мешая бежать. Стеклянные баночки он так и не бросил, видно просто забыл о них, его пальцы намертво вцепились в прозрачное стекло. От сильного, бьющего в лицо ветра глаза мальчика слезились, и он плохо разбирал куда бежит, в его груди уже всё булькало и хрипело, скорость падала и он замедлялся. Наконец он зажмурился, развернулся и, отступая назад, замахнулся рукой с о стекляшками.
- Не тронь! А то брошу! – его хриплый, срывающийся от недостатка воздуха голосок, мог напугать  разве, что крысу, да и то вряд ли. Кудрявый отступал до тех пор, пока не упёрся в кого-то или во что-то. Паренёк открыл глаза и поднял голову в верх. Над ним возвышалась людоедка!
-А-а-а-а! – раздался крик.

+1

92

Дом Похмельного <<<

«Куда ж ты несёшься так, дурак? Ух, догоню - в глаз дам!» - Чарли уже устал догонять Кудряшку, а тот явно не собирался останавливаться. «Вот, а Ноткин считает, что он медленно бегает, ага щас же!»
Задыхаясь холодным воздухом, Чарли  уже не успевал вытирать с глаз слёзы, проступившие от ветра, обжигающего холодом лицо .
- Стой, Шабнак тебя раздери! –Закричал бы мальчишка, если  бы его детское горло не пересохло, да и вообще у него были бы силы на крик, но Чарли честно попытался и смог выдавить из себя какой-то хрип. [Одно животное издало такой звук, его перевернули, а оно уже мёртвое!]
Кудряшка уже сам не понимал от кого, а главное куда бежать. Подгоняемый страхом, он просто нёсся сломя голову. «Да откуда же в тебе столько сил-то?!» Чарли уже устал удивляться, злиться на Кудряшку и бежать.  А их всего-то разделяла пара метров, если бы у Чарли осталось немного сил, он мог бы сделать рывок и догнать глупого Кудряшку.  Это Картер и решил сделать, хотя силы были уже ну совсем на исходе. Мальчишка зажмурился, сжал зубы, почти оскалился и прибавил ходу. Но, не пробежав и пяти шагов, со всей дури врезался во что-то.
-Ай! – громко заявил мальчуган  и отступил назад. Вдруг, из ниоткуда появилось желание убежать обратно к Похмельному, а ещё лучше к себе домой, под заботливое крылышко сестры. А всё потому, что Кудряшка прибежал прямиком к Людоедке. Картер, тяжело дыша, подошёл к визжавшему Кудряшке и схватил его за ухо.
- Ах ты ж олух гороховый, какого рожна тебе приспичило убегать, ты бы хоть посмотрел сначала от кого бежишь!  – Картер оттащил насмерть перепуганного мальца без особого сопротивления, всё-таки страх и усталость давали о себе знать.
- Тёть, а мы пойдём, ладно?  Вы только нас не кушайте, вона мы какие худые, да и уставшие ко всему. Очень-очень не вкусные, честно. – Чарли заискивающе посмотрел Агнес в глаза и как-то вяло улыбнулся. – Ежели хотите, я могу вам орешков дать, они и то сытней нас будут. – Парень схватил Кудряшку и они начали потихоньку отступать.

+2

93

Арнольд стоял на дворе старого развалившегося дома, куда спрятались малолетние негодяи с его реактивами. Давно нестриженная трава мерно колыхалась на ветру в наступившей тишине. Чарли убежал с тем малым, Кудряшкой, кажется, и по всему видно, что не вернется. Вот так вот, Арнольдушка, тебя и развели, как дурачка.
Арнольд пригнулся и прислушался в надежде услышать хоть какую-то деятельность. Все произошло за считанные мгновения, так что преступники могли и не успеть скрыться. Арнольд внимательно огляделся опять.
Впереди виднеллось развалившееся сооружение с прохудившейся деревянной крышей. Остатки кирпичных стен угрюмо стояли среди двора, кое-где сохранившиеся окна зияли пустотой и печально глядели на пришедшего. Арнольд начал осторожно продвигаться в сторону здания, без особой надежды, правда. Он медленно прошествовал в траве к развалине, попутно споткнувшись несколько раз о какие-то доски или бревна, и подойдя ко входу, снова оглянулся. Вокруг за заборами виднелось еще несколько похожих развалин, оставшихся со времен первой вспышки. Видать, хозяева вымерли, дома разграбили или еще что с ними сталось, а вот снести их, продать или просто отремонтировать как-то силенок не нашлось... Несколько лет простоя, пожар, отсутствие ремонта, и теперь вот он, результат.
- Глупцы! - крикнул Арнольд в слабой надежде, что его хоть смогут услышать. - Верните мои склянки! Вы не умеете ими пользоваться! Вы только зазря отравитесь! Дураки! - последний вопль был криком вопиющего в пустыне. Они давно убежали скорее всего. Ну и поделом им, пронеслось в голове.
Он повернулся и вгляделся в темень, едва разгоняемую слабым светом фонаря, стоявшего за забором в отдалении. Трава медленно колыхнулась от дуновения холодного ветра и все. Арнольд прошелся от развалины к дырявому забору сбоку. Как и ожидалось, ничего. Мальцы вероятнее всего ушли. А если и не ушли, то в такой темени ему едва ли светит хоть что-то найти. Арнольд вздохнул и отправился к месту проникновения на територию дома. Он подошел было к той самой дыре в заборе, через которую детвора вышла, как его нога уткнуласьво что-то стеклянное. Он наклонился и начал шарить рукой. Так и есть, его баночка. Он поднял ее и пощупал. Судя по плетеной стеочке на ней, это была банка с агаром. Отлично, что они еще забыли?
- Ох, дурни!.. Ох, дурни!.. - поразился он. - Украли, так даже унести не смогли, не растеряв по дорроге.
Похмельной присел на корточки, распалил спичку и начал шарить по земле в поисках баночек с заветным содержимым.

+1

94

Всё произошло быстро, оба мальчишки, сначала один, а потом и второй, со всей дури врезались в неё. Отойти она не успела, первый пацан, развернувшись, ткнулся в неё спиной. Он, задрав вверх, с чем-то зажатым в ней, руку, поднял голову и, глянув на девушку, заверещал. Следом в них влетел второй паренёк. Девушку качнуло, рука Агнес сделала рывок назад, из неё вырвалась керосинка, полетела в траву и там разбилась. В грудь ударили круглые стекляшки, которыми замахивался первый. Девушка опустевшей рукой прижала их к груди. Через минуту второй оттащил первого, оставив стеклянный трофей ей. Агнес присмотрелась к банкам «Что за дрянь?» В одной был, какой-то порошок, а в другой, что-то вроде харчка в мыльной воде. Агнес передёрнуло, она машинально сунула их в торбу, что бы убрать подальше с глаз. Мальчики отступали. Тот, что был посмелей, с перекошенной улыбкой, больше похожей на гримасу страха, заискивающе просил их не есть. Второй - кудрявый, кажется, просто был в шоке. Агнес оскалясь, улыбнулась. Не то что бы она ненавидела городских детей, нет, просто они занимали одно из последних мест среди круга её интересов. И чем меньше мешались под ногами, тем ей было лучше.
- А если я мясо больше люблю? Свежее! – Она шагнула к ним. Агнес заметила баночки во второй руке кудрявого, "Кого же они ограбили?" Агнес даже не допускала мысли, что это могло принадлежать им самим. Девушка взялась за баночки и те выпали из безвольно разжатой руки мальчика. Банки отправились к первым.
- Я это заберу, вы мне за лампу должны. - Вспомнив о своей потере, Агнес посчитала это честной сделкой. – Тем более что вы их наверняка просто украли. И она вновь улыбнулась, так как умела только Людоедка.
-А ну брысь по домам, а то не посмотрю, что тощи, - девушка окинула взглядом их, далеко не пухлые, фигуры, - на бестравье и полынь – твирь. Её не волновало, что делают эти дети в столь поздний час, на улице.  Только один ребёнок в этом городе вызывал в ней живой интерес – Тая. Поэтому с остальными она обычно не церемонилась. Агнес развернулась и молча пошла от них по дороге. Дойдя до перекрёстка, свернула в переулок, идущий к Термитнику.
>>>>"Термитник" Переулок>>>>>

Отредактировано Agnes Clark (2010-11-21 14:23:01)

+1

95

И еще одна колбочка. Ага, вот еще одна... Да, интересно. а сколько же чего сперли дети, если уже сейчас было собрано столько добра? Арнольд не понимал. Вот уже последние полчаса он ползал в зарослях травы на карачках в поисках украденных баночек, исчиркал почти все спички, и находил все новые и новые колбы. Много было найдено не только реактивов, но и колб с культурами клеток. Вот и очередная баночка... ага, опять ЭСК. Не, ну каковы мерзавцы, а? Это все добро он сеял долго и упорно, и что же нынче? - выкинуть! Результаты кропотливой работы, длившейся месяцами, вот так в один день придется выкинуть!
- Подлецы! Мерзавцы! - ругался сквозь зубы Арнольд, шарясь в траве. На улице заметно похолодало и ветер постоянно дул. И хоть дворик был более-менее защищен от ветра, но тем не менее было весьма прохладно. Все найденное он аккуратно складывал возле все того же пролома в заборе, откуда выполз первый похититель и к моменту окончания поисков там скопилось уже немало бутылочек.
Арнольд подошел к забору и взглянул на найденное, грустно вздохнул. И что мне с этим всем делать? печально подумал он. Все же немало добра, по карманам не рассую... Потоптавшись, он начал перекладывать имущество сквозь все ту же брешь в заборе, где стояла еще одна батарея стеклянной тары. После этого он с трудом перебрался через забор и оглянулся. Как будто, никого в поле зрения... И славно, но вот как все это унести, он в общем-то и не знал.
В голову внезапно пришла безумная мысль - в плащ! Похмельной поежился и нехотя начал снимать плащ.
- Мать вашу как холодно! - невольно воскликнул он, сняв плащ, и оставшись в жилетке и рубашке. В получившуюся тару он сложил как смог аккуратно все баночки, колбы и культуральную посуду, после чего взвалил это все на спину и начал двигаться вдоль забора в сторону тропы к его дому.
Хоть бы никто не повстречался...

Отредактировано Arnold Pokhmelnoj (2010-08-09 02:48:25)

+1

96

<<<<<"Термитник" Переулок<<<<<
Девушка перетекала от строения к строению, мысль об очередной гадости грела душу, чего нельзя сказать о теле, отданном на растерзание ветру. Но прижатая к боку торба говорила о том, что всё не зря. «Пусть-ка теперь Бурах волнуется, что Бойни закрыли, пусть побегает, милок» Агнес злорадствовала. «А Рубин? Ну что же, придёт время, и ему заботу найдём» Желудок вновь потребовал прерванный, ею   ужин. И Агнес выбирала место, что бы спокойно поесть. Квартал был старый, и укромных уголков в нём было предостаточно. Дома зачастую были заброшены, первая вспышка инфекции сильно причесала жителей, и желающих возродить здесь жизнь было не много. Да и близость с бойнями не рождала желания здесь оставаться надолго. Кларк же наоборот чувствовала себя как дома. За годы, проведённые в термитнике и развоза пива, здесь был обследован каждый уголок. Девушка выбрала подходящую развалюху и устроилась перекусить. Пара сухарей, вода, да кусок вяленого мяса, много ли надо неприхотливому желудку.  Поев, Кларк решила всё же рассмотреть, что она получила от детей. Девушка достала банки, ту, что была так отвратительна, сразу отправила обратно в торбу. Остальные были с порошками, девушка хотела одну открыть, но решила не рисковать, уж она-то знала, что сыр обычно достаётся второй мышке. Людоедка решила попробовать на ком-нибудь другом, и на память тут же легло лицо Давида, Агнес плотоядно ухмыльнулась. Налюбовавшись на добычу и собрав всё обратно, девушка продолжила свой путь. Она даже не обращала внимания куда идёт, ноги сами отлично знали дорогу. Про её лаз никто кроме старого Одонга не знал, и Кларк надеялась, что он по-прежнему цел. Внезапно девушка остановилась, что-то было не так. «Забор!» Кларк не ожидала его здесь увидеть. Кто-то обнёс разваливающиеся дома забором и при том, довольно давно. Вот, что значит долго не ходить проторенной тропой. Девушка в недоумении пялилась на преграду. Идти в обход? Она не знала какой длинны он был. Кларк подёргала доски, её сил, что бы оторвать, точно не хватит. Самое обидное было, что до её вожделенного места оставалось рукой подать. Агнес решила попытаться перелезть, нет, с её сноровкой она бы могла это сделать, но драгоценная ноша в торбе останавливала. Пришлось искать, что можно подставить, благо всякого хлама в округе было предостаточно. Бережно держа торбу, девушка спрыгнула с обратной стороны забора, отбитые пятки недовольно заныли. Агнес втянула воздух сквозь зубы, пришлось ненадолго присесть. Время шло, и надо было уже поторапливаться, неизвестно когда Бойни окружат охраной. Кларк поднялась, накинула капюшон и, стряхивая мусор со штанов, вышагала из травы на тропу. Как оказалось, прямо перед кем-то с мешком за плечами. «О, и этот хабар тащит!» Первая мысль была снесена накатывающим страхом за свою торбу. Девушка прижала её к груди и стала пятиться вглубь двора.
-Только тронь! Я шкуру с тебя спущу. – Зашипела Агнес, отступая. Её нога за что-то зацепилась, она пошатнулась и сделала несколько шагов в сторону, громко вскрикнула и исчезла. Так могло показаться со стороны, вот она есть, а вот нет.
     Ледяная вода, расступившись, окатила со всех сторон. На дне была глина, и ноги Кларк беспомощно заскользили по ней. Агнес успела только задрать вверх руку с торбой. В яме скопилась вода, немного -по грудь, но Агнес этого хватило за глаза. Девушка растеряно билась, пробуя подняться на ноги, но всё соскальзывала и соскальзывала на дно. В Агнес начала подниматься паника, капюшон слетел, мокрые волосы облепили лицо, закрывая видимость, и лезли в рот. Одежда её промокла, и тело мгновенно превратилось в ледышку. Не думая о последствиях девушка заорала.
- Помогите!

Отредактировано Agnes Clark (2010-11-21 14:29:33)

+3

97

«Мамочка, мамочка, мамочка!» Мысленно кричал Кудряшка, никогда в жизни не видевший свою мать, он, как и многие дети города, был сиротой. Его сердечко выскакивало из груди, а лёгкие разрывались от невозможности вдохнуть. Кудряшке было страшно, безумно, впервые в жизни за ним гнался Монстря. А теперь нависла Людоедка. Мальчик кричал и не мог остановиться
Нет, конечно же, он и раньше участвовал в вылазках по домам и даже убегал от хозяев, но то были люди, а тут чудища. Мальчонка долго отказывался на уговоры пошарить по дому Похмельного, он как будто предчувствовал, что добром это не закончится.
-А-а-гхэк, - что-то вжало его в Людоедку, и прервало его крик. Монстря чудесным образом превратился в Чарли (вот уж воистину - у страха глаза велики), который, схватив кудрявого за ухо, оттащил его от Людоедки. Издалека она выглядела ещё более опасно, чем вблизи. Кудряшка вцепился рукой в Картера и ни что на свете, не могло его сейчас оторвать от парня. Чарли предложил выкуп за их жизни, но кажется, той больше нравились они, девушка потянулась к руке Кудряшки, и он зажмурил глаза. Следующие насколько минут выпали из памяти мальчика. Когда Кудряшка открыл глаза, он увидел только спину удаляющейся Людоедки. На ребёнка накатила слабость, он плюхнулся прямо на землю и, вцепившись в ногу Чарли, заревел.

+1

98

Agnes Clark
Арнольд шел вперед насколько мог быстро, по небольшой практически заброшенной улочке вдоль забора в направлении к дворику. Там было несколько жилых домов и там же этот негодный забор, который являлся в данной ситуации нелегко преодолеваемой преградой, этот заборчик заканчивался, открывая выход в Степь. Небольшая тропа вела через заросшую травой и мелкими кустами местность к его логову, его могиле (именно такие ассоциации порой возникали у Похмельного по отношению к жилищу). Арнольд неспеша и прислушиваясь проследовал мимо двухэтажного кирпичного дома. Несколько окон светились еярким светом, но были тщательнейшим образом зашторены. Тут вообще окна редко открывались полностью. То ли чего боялись, то ли не прятались... Вообще в этих домах жили несколькими семьями - как они все вместе уживались?
Дом закончился,мимо осталась бочка с водой, несколько телег. Дворик приближался. Арнольд поежился от холода и остановился немного отдышаться, скинул ношу. Да, без плаща тут, конечно, нелегко. По телу пробежала волна озноба.
- Ну каковы же мерзавцы - такое сотворить?! Главное как они пробрались в подвал - там же замки были новые! Ох, я местным слесарям и устрою, - негодующе произнес Арнольд, не заботясь о соблюдении тишины. Он отдал немалую сумму денег местным умельцам, те клялись-божились, что такие замки не отпрешь ничем, никакой отмычкой, и тут на тебе - кучка малышей взломала! Он пнул камень, лежавший возле мощеной дороги в бессильной злости. - Эх, - послышался вздох, и ноша вернулась на прежнее место. - Арни, надо идти. Надо, понимаешь? - попытался он подбодрить себя. Едва ли вышло.
Нехотя он снова вышел на дорогу и поплелся далее. Место это тихое, даром что Термитник не так и далеко, местные его знали, зла как будто не держали. Впереди в нескольких десятках меторв показался фонарь с соседней улицы и небольшое пространство, огражденное забором и несколькими домами. Через пару лет после первой вспышки эти дома отгородили от остальной улицы и, главное, от Термитника, так что эти чудища и скоты, обитающие в нем, уже не попадались по дороге (как-то некое чудовище посреди ночи выскочило на Арнольда и очень сильно его испугало. На поверку это был всего-то одонг, но страху нагнал сильно).
Во дворе все было простенько - мокло развешенное белье, куча мусора под забором распространяла антисанитарию, а так все было нормально. Недавно здесь был обрыв проводов, так что именно этот дворик не снабжался электричеством и местность освещалась ослепительно ярким фонарем с соседней улицы. Арнольд почти вышел к домам, как...
Внезапно из темноты появилась непонятная фигура в плаще с ног до головы. Она отделилась от забора и возникла прямо перед ним настолько внезапно, что Похмельной отреагировал только после ее угрожающего шипения и такого же внезапного исчезновения. Арнольд недоумевающе остановился. Это чего такое было? промелькнуло в голове, после чего уже наяву послышался отчаянный крик о помощи. Арнольд вернулся к действительности и живо подбежал к месту, откуда кажется прозвучали призывы... и чуть было не последовал за Агнес в яму, споткнувшись о какое-то бревно. Понятно. Местные яму выкопали, столб чтобы поставить, бревно приволокли, да только установить руки опять-таки не добрались. Он заглянул в яму и увидел торчащую руку и тело, одетое в плащ. Яма была основательно заполнена водой после дождя. Потерпевшый (кто бы это ни был - Арнольд-то не знал, что это Агнес мокнет внизу!) имел все шансы просто околеть. Он осторожно положил плащ в сторону, наклонился над ямой и схватил человека за руку... нет, точнее ручку. Скомандовал:
- А ну-ка подсоби, подай вторую руку! Давай-давай, тянись же! - и с усилием потянул человека вверх...

Отредактировано Arnold Pokhmelnoj (2010-08-09 02:34:51)

+2

99

Арнольд Похмельной

Кларк зажала рот рукой. «Хватит орать! Это надо же быть такой дурой. А если он сейчас тебя тут и прибьёт?» Агнес считала, что увидев её, мародёр испугается и убежит, но её крик мог заставить его вернуться. И что, поняв, в каком она безвыходном положении, он решит поживиться и её нехитрым скарбом (страх за рог, не давал мыслить трезво). "Людоедка" замерла, перестав производить шум.  Холод стал закрадываться внутрь, и девушка застучала зубами. Она сидела на дне ямы, по грудь в ледяной воде, всего пару минут, но от неимоверного холода, ей казалось, что она находится здесь часами. Её рука, возвышалась с торбой, но с каждой секундой, держать так руку, становилось всё тяжелее и тяжелее. «Надо выползать иначе я тут замёрзну». Руки Агнес уже плохо гнулись, она попробовала подняться, но ноги упрямо скользили, ей пришлось встать на четвереньки. Правда торбу, Агнес по-прежнему пыталась держать над водой, опирая её на стену, но дно сумки уже погрузилось в лужу. Одежда Кларк впитала воду и тяжким грузом придавливала вниз. Кларк, хватаясь за стены ловушки, начала подниматься. У неё получилось! Девушка попробовала определить высоту краёв ямы, она вытянула руку вверх, и ей удалось положить ладошку на край. Мокрые волосы, так и закрывали лицо, и убирать их, девушка не рисковала, слишком велик был риск потерять хрупкое равновесие. Её ладонь ощупывала поверхность и даже нащупала какой-то корешок... И тут девушку схватили за руку. Она чуть не завизжала, только сдавленная тяжестью сырой одежды грудь помешала этому. Жизнь перед глазами не пролетела (хотя, кто знает?), но пару лет, отпущенного ей срока, у неё это забрало точно.
- А ну-ка подсоби, подай вторую руку! Давай-давай, тянись же! – и её приподняли вверх. Поняв, что, по крайней мере сейчас, ей на голову ничего тяжёлого не опустят, девушка всеми своими оставшимися силёнками стала помогать. Что, правда, выходило не ахти как. Заледеневшая "людоедка" в набухшей и ставшей от этого тяжелой, одежде, тянула Арнольда скорее вниз, чем помогала вытащить себя наверх. И когда её уже практически вытащили из ловушки, девушка обернулась назад и покосилась на яму. Откуда-то из глубины сознания всплыла картинка: темнота, яма, вода, молния, рассекающая тёмное небо, качающаяся твирь над головой и капающая на лицо вода. Очень холодно, сильно страшно и совсем одиноко. Агнес, всхлипывая, замолотила ногами по краю ямы. Она, словно кошка, которая увидела пса, вцепилась в плечи Арнольда, едва не заскочив ему на голову. Её бешеные движения утянули их обоих обратно вниз. Агнес врезавшись подбородком о край ямы рухнула в воду. Не успела она подняться, сверху рухнул её спаситель. Голова девушки опустилась под воду и захлёбываясь, Агнес в панике стала биться под Арнольдом. Её руки царапали глинистые стены, но рыхлая, влажная глина осыпалась вниз, не давая возможности зацепиться. Голова до поверхности не доставала, девушка начала задыхаться. Вылезти из-под Похмельного она не могла, движения её замедлялись. Рука слабо стукнула пару раз о стену и бессильно упала в воду.

Отредактировано Agnes Clark (2010-08-21 14:02:42)

+2

100

*Извините, но:Очередь игрока возможно пропустить только в том случае, если он не отписался в течение трех дней*

 
  Кларк определённо взбесилась, Рубин даже растерялся сначала. Вроде стояла с отрешённым взглядом, им не мешала, а потом как с цепи сорвалась. Орать давай, по рукам бить. Да откуда он может знать, зачем Бойни заперли, он неделю дома сидел безвылазно и, между прочим, в гордом одиночестве. И ни одна собака в этом городе не поинтересовалась, жив он нет. «О, эта женщина! Она когда-нибудь доведёт меня, и я сделаю ей лоботомию, что бы успокоилась раз и навсегда! И кстати, да, а зачем закрыли Бойни?» Агнес наговорив гадостей, ушла из дома, громко хлопнув дверью. В кухне воцарилась темнота, ну вначале так показалось, потом глаза немного обвыклись, и в сумраке стали вырисовываться очертания предметов, но всё равно света было не достаточно. Рубин пошарил по карманам – «вот когда пожалеешь, что не куришь!» От углей в печурке шло слабое свечение, он решил разжиться огоньком там и стал пробираться к ней. Бурах молчал, с его стороны даже шороха не доносилось. «Он вообще там живой? Может его удар от всего этого хватил
- Адриан, а что такое с Агнес? О каких Бойнях и строениях по утрам, она говорит? О, чёрт! – Давид споткнулся о табурет и еле устоял на ногах. – Так и шею свернуть не долго! Адриан, ты вообще меня слышишь?
Всё это ему порядком надоело. Одна верещит, что непопадя, видать внимания ей не хватает, второй молчит, слова из него не вытянешь, нет, определённо город сошёл сума! И кажется он вместе со всеми.
- Адриан, ты так и будешь молчать? – в раздражении бросил Рубин.

+1

101

Игнорируя Рубина, он медленно подошел к окну и прислонился руками к стеклу дабы проследить за Агнес взглядом, не заметив лично, что оставил два багровых отпечатка. Если зараза не успела проникнуть в Термитник, то обитателей можно нарекать счастливчиками, а не покойниками, пока основную массу будет выжигать смерть. Если конечно "хранительница" не принесёт песчанку прямо к ним, стремясь помочь безумно. После чего тяжко вздохнул, впредь пообещав себе избегать старых дев, и ответил всё-таки к шумливому Давиду:
- Да умом тронулась от безделья, чего ещё сказать... Delirium... а впрочем не думаю, что тебе на самом деле интересна её история болезней. Он вернулся обратно к столу, прикидывая в уме, что её заставило пришпорить из родного жилища не спровадив гостей. Быть может она до этого вынула всё значимое из коробки? Однако только глупец решится осквернить память его отца, ибо это равнозначно смертному приговору, потому он оставил  эти мысли на потом и продолжил вещать в другом русле:
- В антибиотиках правды нет, вечно ими людей травишь-травишь, а в гонке вооружений всё равно побеждает зараза. По мне - в нашем деле может помочь только сыворотка. Но, по правде говоря, я не особо преуспел в этом направлении, ибо встретить антител или даже самого вируса, в мёртвых тканях, так и не удалось.

Отредактировано Adrian Burah (2010-08-13 01:54:09)

0

102

Рубин добрался-таки до углей, осталось найти лучину и хоть немного добавить света в убогую кухню. Врач пошарил возле печки и точно, его рука наткнулась на пучок щепок. Он взял одну и, воткнув в угли, дунул. Пепел поднялся облачком и полетел в лицо. Сразу захотелось чихать. Тут заговорил долго молчавший Бурах, как оказалось, он просто закрыл собой небольшое оконце, и стоило ему отойти к столу, как в кухне посветлело.  «А вот об Агнес зря он, сумасшедшей её ни кто назвать, не мог, бешеной - да. Но, как правило, за всеми едкостями скрывалось главное. Исидор часто к ней прислушивался. Ну да Бог с ними сами разберутся, две собаки грызутся – третья не мешай!» Лучинка зашаяла и вспыхнула, Рубин поднялся, он стоял напротив гаруспика, с другой стороны стола, и дрожащий огонёк в его руке выхватывал их обоих из тьмы. Слова Адриана о сыворотке вызвали у Давида мучительные воспоминания: Вот он проникает туда, где лежит тело, вот закоулками тащит его на себе в прорезиненном мешке, вот несёт обратно другое и кладёт вместо прежнего. Его уже подтачивала болезнь, и таскание туда-сюда тел сильно вымотало врача. И вот, наконец, он в своей прозекторской открывает резиновый мешок… там Исидор. Рубин вздрогнул. «Надо сказать, иначе нельзя!» Давид отошёл на несколько шагов к дверям и деревянным голосом произнёс:
- Мы с твоим отцом поняли это ещё в первую вспышку. Там где побывала песчанка и откуда ушла, там, всегда становилось чисто, никакой заразы, будто она выжирала все, вокруг себя. Тогда мы первый раз попытались поймать её в мёртвых, но ничего необычного в них не было. Тогда-то Исидор и велел мне… его кровь другая, не такая как наша, я не знаю почему, может всё дело в менху он владел этим в совершенстве, может это чёртова Степь, может он просто другой, но … - Рубин помолчал, - Его нет в могиле, вместо него похоронен другой. Исидор... то, что осталось от него, у меня в прозекторской. 
Давид внимательно смотрел на Бураха, готовясь в случае чего дать отпор.

+2

103

Agnes Clark
Человечек, попавший в холодную ловушку, оказался не настолько легким, как ожидал Арнольд. То ли сама эта личность была немаленького весу, то ли она отяжелела от воды, но, несмотря на все его отчаянные усилия, вверх движенья не было. Арнольд начал постепенно сам сползать вниз, как никак человечек тянул и сам, видать, не разумея, что может и себя погубить, и своего неосторожного спасителя.
- Эге ж, мил, мать твою, человек, тише... - задыхаясь, прошипел Арнольд в тщетной надежде, что будет услышан. - Тише тяни, ща меня стянешь!
Результат был нулевой...  Арнольд вспомнил, что порою лучше дать в зубы спасемому, чтобы он меньше сопротивлялся спасению. Как никогда этот тезис подходил к моменту - девушка забилась в яме. Наверное, запаниковала, и со всей силы начала его тянуть вниз, вцепившись в него. Арнольд предостерегающе прохрипел что-то неразборчивое, но в конце концов полетел в холодную грязную воду.
- Бля-а-а! - послышался крик и голова, а  потом и тело влетели в отвратительную жижу… Мгновенно грязь заполонила глаза, забилась в рот, в нос. Холод был пронзительным. Первой была паника: тонет как никак. Ледяной холод сковал движения и Арнольд начал захлебываться. Неожиданная водная процедура грозила перерасти в утопление. Арнольд с силой оттолкнулся от того, что было под ним, желая принять вертикальное положение тела с головой все-таки сверху. Внезапно что-то под ним забилось, но было не до того - от неожиданности он сам начал захлебываться. Из-за этого он оперся об это что-то и еще раз оттолкнулся. Наконец голова показалась над водой и удалось вдохнуть воздуха. Вместе с воздухом в рот попала грязь, отчего наш герой закашлялся. До верха ямы было не так и далеко, но дно было очень скользким, так что выбираться из западни будет не так и легко. Внизу опять почувствовалось движение и несколько совладавший с собой Арнольд вспомнил, что он в яме не один. Набрав в рот воды, он нырнул под воду и нащупал кусок ткани. Потянув за него, удалось вытащить и обладателя одежды. Он вытянул его из воды, повернул к себе прорезь капюшона.
- Чтоб тебя, дубина, да по голове твоей тупой, да по мозгам! - выпалил Арнольд на одном дыхании, крича в капюшон вытянутому субъекту. - Тупица! Ты за каким хреном меня сюда стащил?! - и потряс изо всех сил. Реакции особой не было. Бес его б побрал, он же захлебнуться мог уже! Мелькнула в голове догадка. Тут его спасти будет нелегко. Надо звать на помощь!
- Помогите! - проорал Арнольд сколько мог сильно. Может, кто услышит?..

*Прошу прощения за нецензурные слова, но в такой ситуации иных я бы не нашел*

Отредактировано Arnold Pokhmelnoj (2010-08-24 14:38:03)

+3

104

- Хочешь сказать, что тело моего отца не было захоронено подобающем образом, а стало объектом научных изысканий? - Гневно выпалил Адриан, резко сжав кулаки, но после небольшой заминки добавил более спокойно, - Что ж, допустим это было его волей, но для тебя же лучше если осквернение тела не было напрасным.
Но контроль над собой и здравомыслие не спешили возвращаться: - Слушай, может в прозекторской у тебя и кусочек Симона Кайна завалялся, как ни как он тоже в списке замечательных и уникальных людей, из-за которых меня - показывает в своём рукаве дыру, с два пальца толщиной, оставленной болтом допотопного арбалета - чуть не пришили, особо сознательные, жители.
Не дожидаясь ответа, Гаруспик взял обоими руками шкатулку с наследием и бережно, словно оная состоит из тончайшего хрусталя, уложил в свою сумку. Интуиция подсказывала ему, что время приподнять крышку ещё не наступило, однако пребывание в этом месте должно быть окончено в кратчайшие сроки.

+1

105

- Мне нечем тебя порадовать, Адриан, Исидор ошибся. Всё, чем он отличался от нас с тобой это то, что он прожить мог дольше. Но антител там не было, его кровь так же не сопротивлялась, как и любая другая. Когда я вскрыл его, - голос Рубина стал сиплым, он видел, что разговоры о выпотрошенном отце мало радуют гаруспика, но ничего поделать не мог, Адриан имел право знать, – и понял, что песчанка вернулась, я почти сошёл с ума. Исидора больше нет, за тобой охота, а я болен. 
Давид смотрел, как Бурах прячет шкатулку. «А всё же почему ушла Агнес? Она обычно пока всю кровь не выпьет, остановиться не может. Что же у них произошло?»  Лучинка зачадила, и врач взял следующую, огонёк вспыхнул с новой силой.
Пока Бурах заботился о наследстве, Рубин прикрыл усталые глаза, перед его взором открылась его же прозекторская. Тело на холодном столе, блеск метала, одним движением пролетевший от паха до грудины и вот уже органы аккуратно заполняют кюветы, а лист бумаги стройные записи: смерть наступила около полутора суток назад, внешне инфекция на органах не проявлена. Вот иссечена часть печени и исследовано содержимое желудка. И наконец, громкий, словно кто-то наступил на черепицу, треск вскрываемой грудины. Перикард, сердце, лёгкие, описание пополняет безумную для Давида коллекцию записей, и вот тело Исидора словно выеденный орех.
Рубин меняет перчатки и окровавленный фартук. Нарушитель закона, уже возможно приговорённый Степью. Но главное это кровь! Крошечная капля ложиться на стёклышко, и зрачок внимательно всматривается в глазок окуляра. Он дважды тёр глаза и менял настройку микроскопа. Словно, это могло показать совсем другую картинку. Песчанка! Она один раз изгнанная, вернулась и ударила в самое сердце. Песчанка! Рубин с размаху хряснул стекло об пол. Потом долгая дезинфекция и отражение в глазах врача огня, пожирающего снятую им одежду.
Давид вздрогнул и очнулся от воспоминаний.
- Я успел обсудить это с Данковским и мы решили, что Симона так же сожрала песчанка. Потом я уже не мог работать, болезнь сломила меня, и я не вставал несколько дней. А теперь Данковский пропал, и я не знаю где взять культуру. В старом менху я не поймал заразу.Да, кровь его была другой, пусть сильней и с большей сопротивляемостью, но зараза так же исчезала не оставив ни следов, ни антител. Я ещё не говорил с Данковским, он несколько дней не появлялся, но насчёт Симона ты прав, мне нужно его тело. - Рубин посмотрел в глаза Адриану. – Мы должны выкрасть его. Каины со своими бреднями о покое, ни за что не отдадут тело. А после того что я нашёл в Бурахе, -  Давид поперхнулся и поправился - в старшем Бурахе, и сопоставив записи в его бумагах, с длинной и здоровой жизнью Симона.… В общем, мне нужна твоя помощь. Мне нужно тело, кровь Симона с, хотя бы, полумёртвой культурой!
Голос Рубина понизился до шёпота, - И если хочешь, я помогу тебе с похоронами отца. Но лучше позвать Агнес, дочь Земли вернёт матари Бодхо его останки, в этом с ней проблем не будет, она действительно любила Исидора.

Отредактировано David Rubin (2010-08-28 07:28:02)

+3

106

Arnold Pokhmelnoj
Она уже была согласна вдохнуть даже воду, и жидкая грязь заполнила рот и ноздри. Сознание удерживать не удавалось, вроде вот, сейчас… но темнота накрывала.
 
…Исидор отчитывал её за подсыпанное Хадсонам в пиво мыло: - Послушай меня, девочка, они не такие плох…- его голос изменился, он заорал на неё и, схватив за грудкИ, начал трясти, - Тупица! Ты за каким хреном меня сюда стащил?!
Грудь давило так, что казалось, она разорвётся.
- Помогите! – Будто сквозь вату донеслось до разума Кларк. Её тряхнули сильней, и изо рта и носа фонтаном выплеснулась грязная жижа, окатывая всё, что находилось перед девушкой. Еле разлепив веки, Агнес открыла глаза, и сразу их закрыла: «Всё, я умерла и это тьма Суок!» Она увидела кошмарного монстра: морда, покрытая кудлатой шерстью, огромные плоские глаза, и чернота, растекающаяся по голове и лицу. Про таких она не слышала даже в древних легендах. Диафрагму свело, и девушка сделала вдох.
- Ээ-э-эгха! – воздух со свистом вошёл в лёгкие, и ещё, и ещё. Агнес раньше не задумывалась, что дышать - это  может быть таким счастьем. Её легкие, до боли, наполнялись изумительным (хотя надо сказать, что запашок у застоявшейся грязной воды, тот ещё) воздухом  и её голова кружилась от счастья. «Вот теперь пусть жрёт» - главное, что она может дышать, - «как это -жрёт?» Агнес постепенно приходила в себя, -«как это -пусть?!!» Кларк рванулась из лап, что держали её за одежду. Увы! У новорожденного кутёнка сил было больше, чем сейчас у девушки, она только снова хлебнула холодной воды. Кларк закашлялась, и почувствовала, что она жива, так холодно, даже во тьме Суок быть не могло. К её жадному дыханию прибавилась чечётка, исполняемая челюстями "людоедки". Разум прояснялся, она начала понимать, что находится по-прежнему в яме, песок скрипит на зубах и ей неимоверно холодно. И ещё, похоже, к ней прибавился и её спаситель, которого, находясь в полуобморочном состоянии, она приняла за чудовище из сказок. Дрожь охватила всё тело.
- Я нассс сстттащщщила? - хрипло и стуча зубами, спросила девушка. Агнес ещё плохо помнила этот момент. Она приподняла капюшон, закрывающий ей обзор:
- ММатть ммояаа Стттепь! - Кларк тут же разжала руку, что бы ткань упала обратно, скрыв её. Меньше всего она ожидала увидеть это лицо.

Отредактировано Agnes Clark (2010-08-24 23:26:28)

+2

107

Лица спасенной он не разглядел - было темно и та почему-то очень быстро натянула капюшон обратно на голову и пробормотала:
- ММатть ммояаа Стттепь! - ха! Как будто это ей поможет согреться! Арнольд раздраженно дернул головой:
- Это ты верно заметила. Твою мать и Степь эту сученную в придачу! - крикнул Арнольд во весь голос, понимая, что и он уже начинает постукивать зубами. - Девка, ты это, жива ль? - поинтересовался он у спасенной. Хотя спасенной ли? Глинистая яма едва ли давала легкую возможность так просто вылезти отсюда, а вода достигала груди и живота и пробирала до костей и глубже. Собравшись с духом и силами Похмельной еще раз закричал срывающимся на фальцет голосом:
- Помогите же, чтоб вас там! - последние слова он уже глотал, потому как холод сковывал дыхание. Вот тебе и купание в проруби, подумалось ему, вот и добрался до желанного! От этого Арнольд горько усмехнулся.  А как же, подлечит твои болячки, оздоровит. А то. Столь же неожиданно ему пришла в голову мысль - пока он тут горюет холод отнимает его силы.
- А ну-ка поворотись, подвинься, - сказал он незнакомке. До края было недалеко, только руку протянуть. Что и было решено сделать. Арнольд повернулся к девушке спиной и сказал, ощутимо стуча зубами: - Так, чудо-создание, давай-ка ты меня придержишь, а я попытаюсь выбраться. Да не волнуйся, вылезу, потом тебя вытащу.  Тут сил нету, там проще будет. Так, горе ты мое, возвращайся к жизни иначе так и останешься тут.
Реакция на раздражитель оказалась нулевой. То ли она плохо соображала, то ли просто сил не было помогать,  но с места она не сдвинулась, только голову повернула и как быдто начала следить за происходящим. Ну да и фиг с ней, сам справится. Одну руку он глубоко вонзил в глинистый грунт, намереваясь найти опору… но скорее попытался вставить руку. Грунт был слишком прочным для этого и пальцы едва проходили сквозь плотную глину. Похмельной начал расковыривать землю для того, чтоб сделать себе хоть какое-то подобие уступов, за что можно зацепиться ногами или руками, но тщетно. Черт побери! Ему бы хоть какие-нибудь ступеньки, а там он выбереться и вытащит эту дуреху! Или даже сама вылезет, собрав силы. Да чтоб ей пусто было, этой глине! Слежавшаяся, плотная глина не хотела копаться. В иной ситуации подобное заняло бы минут 10-15, но сейчас не было, ни сил, ни времени, ни тепла. Был лишь холод. Арнольд трясся всем телом, ковыряясь в стенках ловушки, и все безуспешно. Наростало отчаяние, бессмысленные движения учащались. В конце концов после энного времени потраченного на попытки вырыть ступеньки, он остановился и с отчаянным криком в исступлении стукнул кулаком по земле. Просто чтоб злость выместить.
- Ну что же это за поганая земля-то, а? Не, ну что же это за бл***тво такое? - расстроено протянул Арнольд. Вылезти запросто так не получилось. Ну до чего же дура, а? Взяла и стащила его сюда! Теперь они оба попали в ловушку, и все из-за какой-то дурацкой паники, царившей в ее голове. Арнольд злобно поглядел сквозь заляпанные грязью стекла на девушку и с сарказмом поинтересовался:
- Может поможешь, а? Судя по всему, мы тут застряли серьезно. Есть ли какие-нибудь конструктивные идеи пока мы тут не замерзли нахрен? - громко спросил он злым голосом. Такое времяпровождение ему никак не нравилось
Холод не только не давал нормально двигаться, сковывая мышцы, но и окутывал пеленой разум, мешая мыслить рационально. Вместо этого усиливалась паника и раздражение...

Отредактировано Arnold Pokhmelnoj (2010-08-25 21:19:33)

+2

108

Агнес зажмурила глаза и отшатнулась, ожидая крика или угроз. Тогда, у её дома, он разве что только не плюнул ей в спину (хотя, кто его знает) и, глядя на то, как он сквернословит, Агнес совершенно не сомневалась, что бородач совсем не умеет держать себя в руках. И в ту же секунду, он подтвердил её догадки, оглашая округу бранью, направленной в адрес Степи. Таких выпадов в свою сторону её мать не прощала, но это проблемы мужика, главное, что он её не признал. Его просьба, почти приказ, толкнуть его наверх, вызвало в Агнес сильное недоумение, - «он, что совсем быком боднутый? Он же придавит меня сразу». Девушку передёрнуло, она вспомнила, как он недавно отплясывал на ней джигу. Одно только радовало, он немного успокоился и даже озаботился её состоянием:
- Так, горе ты мое, возвращайся к жизни иначе так и останешься тут. Потом, видимо плюнув или поняв, что Кларк неспособна закинуть его чудесным образом наверх, бородач стал ковыряться в глине, пытаясь видать, так выбраться из ямы. Его затрясло, наверняка ледяная вода, и ему доставляла мало радости. Дочь Степи, помня о главном (а что её жизнь значит без этого?), проверила торбу, благо мужик, занятый рытьём стен, её трясущихся действий не замечал. Торба была закрыта, а значит всё, что было так дорого девушке, находилось на месте. Бородач снова заметно снервничал, - Ну что же это за поганая земля-то, а? Не, ну что же это за бл***тво такое? -  врезал кулаком по стене, развернулся и  злобно рявкнул:
- Может, поможешь, а? Судя по всему, мы тут застряли серьезно. Есть ли какие-нибудь конструктивные идеи, пока мы тут не замерзли на хрен? "Пошёл корове в трещину!" - мгновенно среагировали её мысли на его едкий тон, но язык остался за зубами, когда Агнес хотела, она могла держать себя в узде, особенно когда это касалось её жизни и не задевало Уклад. Если же девушка слышала оскорбления поводу последнего, её здравомыслие уносило прочь.
А в данный момент Кларк стояла перед выбором. Агнес, ещё, когда он предложил ей подкинуть его, закралась мысль: нет, что бы вытолкнуть наверх её. Но тогда пришлось бы снять балахон, в этой пропитанной водой тяжести, ей даже с его помощью не вылезти, а значит, он её может узнать и как среагирует этот психованный, девушка не была уверена и тогда она промолчала. Но сейчас, холод начал вгрызаться уже в её внутренности, в одном мужик был прав, если в ближайшее время они отсюда не выберутся, то те, кто найдёт их завтра, будут долго смеяться над заледеневшими трупами "людоедки" и "детоубийцы", пойманными в одну "волчью яму". «Ладно, два раза к Суок не ходить» Она приняла решение. Агнес посиневшими и негнущимися руками расстегнула свой балахон, и сняла его, оставшись в брюках и не слишком толстом свитере до колена. Девушка перекинула лямку торбы через голову, что бы та ненароком не слетела, и серьёзно глядя ему в скрывающееся за грязными стекляшками глаза, предложила:
- Давай меня подсадишь, а я либо доску, какую притащу, либо за людьми сбегаю, до домов рукой подать? Ты же большой, не мне чета, ты сможешь. Или могу на спину тебе встать. Ведь выдержишь?
Сердце бешено колотилось, руки сжались, а внутри всё тряслось, - не дай Степь, он взорвётся. Лицо же, насколько позволяли ей её стучащие челюсти и дрожащее тело, было спокойным, на нём не отражалось ни одной эмоции.

Отредактировано Agnes Clark (2010-08-26 16:19:41)

+2

109

Несмотря на его бешенство и панику, девушка возможно сохранила остатки разума (или вновь его обрела: напомню, что как никак именно благодаря ее приступу паники в яме сидели уже они вдвоем) и все же конструктивную идею выразила:
- Давай меня подсадишь, а я либо доску, какую притащу, либо за людьми сбегаю, до домов рукой подать? Ты же большой, не мне чета, ты сможешь. Или могу на спину тебе встать. Ведь выдержишь? - спокойно ответила собеседница… товарищ по несчастью, сняв с себя свою верхнюю одежду. Только она вытянула руку из рукава своей шкуры, как та сразу же плюхнулась в воду и довольно быстро потонула, оставив девушку в столь же промокших, но гораздо более легких свитере и брюках. "Точно фабричная", решил Арнольд. Что-то ему показалось похожим в ее облике и лице, как будто он ее ранее видел, но что именно он так и не разобрал - было слишком темно и сам по себе он видел не очень хорошо. Впрочем мало ли, живет он в этом проклятущем городе достаточно давно, и пусть там всех не знает поименно, но хоть кого-то видеть он же мог! Предложение было довольно дельным, но Похмельной его принял сразу в штыки. Просто из-за паники или чего-то еще, холод в голову ударил или паника, но сразу же возникла мысль: "Спасется ведь, а потом плюнет в морду и убежит!". Так что сначала он сходу отверг предложение:
- Что?! Знаем мы вашего брата - вытянешь, а потом поминай как знали, сиди и тихо замерзай! - довольно громко возмутился Арнольд. В его мозгу сразу всплыло видение того, как эта девчонка спасшись, стоит на верху и издевается над ним, а потом уходит. Сознание, видать, немного помутилось у него, так что он ей что-то сказал. Паника от холода и отчаяния вольготно расположилась в его голове. Сколько она длилась, что он говорил, он не знал и не помнил. Просто в какой-то момент в чувство его вернула легкая пощечина (не из-за доброты, но из-за простого отсутствия сил на более чувствительную оплеуху).
…Девушка трясясь то ли от холода, то ли от злости (а скорее всего и от того, и от другого) тихо шевелила губами, лишившись сил говорить более громко, и глядела на него бешенным взглядом, всю глубину чувства которого он ощутил даже толком не видя ее лица. Предельное раздражение, озлобление на непроходимого глупца, да что там говорить - желание просто испепелить за безнадежную тупость (из-за которой рискуешь погибнуть, а объект злости, причина предстоящего, стоит и только тупо хлопает глазами, как будто бы он ни причем).
- Я… прошу прощения… не знаю, что-то непонятное нашло… Да-да, вы… ты права… давайте я вас подсажу… Это, иди сюда, поворотись немного… попробую приподнять, но смотри, сил много нету у меня, - слабым голосом промолвил Арнольд. Позор. Возмутительно. Ведь говорила-то она дело. И вообще, это должна была быть его идея! Если б был пепел, то Арнольдова голова была бы посыпана толстым слоем его. Если б мог, то провалился б сквозь землю от стыда. Но ни того, ни другого, ни вообще ничего другого кроме как замерзнуть насмерть или помочь выбраться не было. Похмельной собрал остатки сил и, наклонившись, обхватил ее за пояс со спины и с натугой приподнял ее из воды. Она ему что-то сказала, но он не расслышал что именно, хотя и не сопротивлялась. Силы уходили довольно быстро, да и сам он не был большим физкультурником, а потому он закряхтел и сдавленно проговорил: - Тянись! Мне тяжело тебя держать! Тянись же!..
На самом деле прошло-то всего пару минут...

+1

110

Он как-то странно посмотрел на неё
- Что смотришь так? Али признал? – Кларк невесело улыбнулась, - прибить, поди, готовишься? Успеешь ещё, подумай, что дальше будет,  – Агнес знала, стоит только показать, свой испуг или заорать, и охотник сорвётся за дичью, а бежать здесь не куда. – Лучше подумай, загнёмся ведь оба, а? – вот здесь голос правильно дрогнул, - а мне ещё жить, да жить, да и тебе к предкам уходить рановато, - она всхлипнула, и глянула на Арнольда….
Её театр пропал зря. Он, похоже, даже не слышал, что она ему сказала. Вот чего-чего, а истерики она от него не ждала. Что-то бормоча, мужик грозил кулаком вверх и, кажется, вообще забыл, что она находится рядом. «Вот только сбрендившего мужика, мне сейчас и не хватало», - тоскливо подумала Агнес. Девушка хотела выть от бессилия, остаться один на один с ним, означало верную смерть. Кларк попыталась его утихомирить, но он только больше раздражался. Наконец Агнес не выдержала:
- Да заткнёшься ты, нет, истеричка с яйцами?! – девушка влепила ему пощёчину. Она смотрела на него так, словно наждачкой проводила по лицу, снимая кожу. Ей даже стало теплее от ярости, что поселилась внутри. И стало плевать, взбесится он или нет. Лучше было сдохнуть, чем слушать его причитания. Как ни странно это привело его в чувство, мужик замолк, заморгал, словно его разум возвращался откуда-то, он отвёл глаза и, забормотав извинения, наконец-то взялся за дело.
Голова девушки показалась над краем, а руки впились в землю. На мгновение людоедка выпала из реальности. Её тонкие пальцы казалось, разговаривали с землёй на одном им понятном языке. Да неужели мать погубит своё дитя? Девушка подтянулась, вцепившись руками в траву и корни, и через несколько мгновений, подталкиваемая Арнольдом, вытянула себя из ямы. Правда был момент, когда она чуть не сорвалась обратно. Людоедка дышала так, словно бежала не меньше часа. Ветер облизывал её тело, будто Агнес была раздета, что было не далеко от истины, мокрые вещи прилипли к телу, обтягивая женскую фигуру. Кларк поднялась на ноги и шагнула к краю. Там внизу стоял тот, кто разозлил и напугал её и, в голову девушки закралась злобная мысль. Если она сейчас просто развернётся и уйдёт, то никогда в жизни больше не услышит о нём, сам он точно не выберется, а к утру околеет. Агнес стояла и смотрела в устремлённые на неё стёкла, даже если он что-то сейчас говорил, то девушка, погружённая в свои недобрые мысли, не слышала. Она вспоминала, что произошло сегодня: и Адриана, и Рубина, и закрытие Боен, и то как он поносил её и мать Бодхо, глаза дочери Степи наливались тьмой, а разум заполнял гнев. Злобно скалясь, Кларк стала отступать назад, её лицо медленно скрывалось за краем ямы. Она бы ушла, да вот так и ушла бы, но её нога зацепилась за корень, может даже тот самый, что сбросил её в эту злополучную ловушку. И девушка со всего маха шмякнулась на землю, в ногу впилось что-то острое. Агнес приподнялась и увидела, что рог пропорол её торбу и воткнулся ей в бедро. «Всё с самого начала пошло наперекосяк. Даже боги против меня!»
Девушка, взявшись за торбу, выдернула рог, он вошёл не глубоко, но основательно, это доконало истрёпанные нервы людоедки. Кларк сидела на земле в полуметре от ямы и, трясясь от холода, смотрела на  окровавленный кончик рога. Что происходило в её голове, знает только Турах, но трясущееся лицо выглядело так, словно она увидела привидение. На запястье упал расплавленный свинец, так ей показалось сначала. Агнес удивлённо смотрела на расплывающуюся по руке каплю. Девушка себе не верила, из расширенных глаз катились, первые за долгие годы, горячие слёзы. Что-то происходило с ней, она менялась, и началось это не сегодня и даже не тогда, когда она нашла свою первую в жизни подругу, нет, со смертью Исидора, Агнес осталась совсем одна. Больше в этом мире у неё никого не было, а она, если честно, боялась одиночества и даже себе не могла в этом признаться. Девушка, очнувшись, посмотрела в сторону ямы, - "Да что же это я? Он-то тут причём? Чем я лучше него? А как же долги? Их надо возвращать!" Мысли заметались в голове, когда она увидела руку, шарящую в поисках упора. Видимо поняв, что она его бросила, мужик пытался выбраться сам, но ловушка была надёжной. Кларк подскочила к яме:
- Подожди, милок, ещё чуть-чуть, я сейчас! Агнес, забыв про холод, заметалась в поисках хотя бы чего-нибудь, что поможет ей достать мужика из ямы. Как назло ничего подходящего поблизости не было. Кларк посмотрела на бревно, лежащее не далеко. "Мне ни за что его не сдвинуть!" Она сунулась было к забору, но кроме кучи мусора там ничего не было. Девушка с досады пнула помойку, нога врезалась во что-то твёрдое. Не веря себе, людоедка нащупала твёрдый округлый бок, она быстро разрыла кучу и вытащила на тропу дырявый, молочный бидон. Нести его сил не было, и она перекатывала его ногами. Дочь земли дотолкала железяку до ямы, и предупредив бородатого, столкнула бидон вниз. Арнольд, встав на него, пытался вылезти, но зацепиться было не за что, а сзади его никто не подталкивал. Он крикнул, что бы она нашла что-нибудь или подала руку. Но Агнес понимала, что уж её-то он стащит обратно в два счёта. Людоедка тупо смотрела на корень, из-за коего всё и случилось, внезапно её озарило. Девушка схватила торбу и продела её лямку под корень, просунула руки в получившиеся петли и обернула вокруг запястий, сама же легла на землю и опустила ноги в яму:
- Я держусь, попробуй сейчас, - её ноги тут же схватили и потянули.   
    Мужик был тяжёлым, мокрая лямка впивалась в кожу, сдирая её с рук, но Агнес зажмурившись, только шипела сквозь сцепленные зубы. Наконец её перестали дёргать и вот, спустя двадцать минут, после того как её саму вытолкали из ямы, нечто тяжелодышащее, словно куль плюхнулось рядом с ней, разбрызгивая воду.
- У тебя случаем в родне киты не хаживали? - даже отыскав в себе кусочек тепла, людоедка осталась людоедкой, - ты такой же тяжёлый и так же брызгаешься. - Она помнила картинки в книгах Исидора, - А фонтанчик пускать умеешь? Она могла ещё слабо шутить. Затянутые в петле, посиневшие руки, там где лямка содрала кожу, горели огнём, а остального тела Агнес уже не чувствовала, она окончательно замёрзла. Девушка посмотрела на Похмельного:
- Похоже, подыхаю я. Она попыталась опереть в край ловушки, опущенные в яму ноги, те безвольно сорвались обратно, снова дернув её в петле.

Отредактировано Agnes Clark (2010-09-28 22:44:44)

+3

111

- В том то и дело, что она его любила, и я не позавидую тому человеку, который решиться признаться, что тело Исидора до сих пор лежит в прозекторской его ученика, да ещё не в самом презентабельном виде. Уж она точно не будет делать скидки для старых знакомых руководствующихся благими побуждениями - руками обхватил воображаемую голову, и сделал выдавливающие движение большими пальцами в месте, где предполагались глаза – Не думай, что я не хочу похоронить отца как следует, но без проблем и травматизма не обойдётся. А даже если удастся?..  Нам нужно заострить внимание на поиске вакцины, ибо только избавление от тысяч погребальных костров может стать достойным способом почтить моего отца и никак иначе. - Адриан сжал кулаки и стал говорить практически скороговоркой - Потому предлагаю поступить следующим образом: немедля выйти, по дороге обсудить детали, выкрасть тело, скорее всего экспромтом, принести в прозекторскую, где неожиданно извлечь антитела, ну и под конец похоронить обоих. И раз - все счастливы. Ну а мы договоримся, что никто и слова обронит по поводу случившегося инцидента с посторонними, особенно с Агнес, Кейнами.
Адриану казалось, будто день проходит впустую и никаких мер, запланированных на сегодня, так и не осуществил,  тем самым дав болезни преимущество, что начинало действовать на нервы, даже похлеще этой затхлой кухоньки.
- Разумеется, есть большая вероятность схлопотать пулю в ногу от кого-нибудь из Кейнов и быть заживо сожжённым разъярённой толпой... Но это лучше чем, сидеть здесь и тянуть время, которого вообще нет. И даже если ожидаемой пользы вечный человек не принесёт, у нас хоть чуть-чуть останется времени на план Б.

Отредактировано Adrian Burah (2010-09-01 09:36:26)

+1

112

Девушка с трудом, но наконец-то взобралась на край ямы, а оттуда и наверх. Арнольд избавился от тяжести и без сил опустился по подбородок в грязную воду, но так и не сумел присесть. Отдохнуть ему уж явно не светило - стоит только на секунду потерять бдительность и все, захлебнулся, утонув в - смешно даже сказать, даже признаться себе! - этой луже. Потому пришлось приподняться и опереться спиной на стенку ловушки. Ранее он ни за что бы такое не сделал, вещи как никак не из дешевых, а вещей у него много не было. Но сейчас момент несколько иной был, ему стало все равно. Зубы отбивали барабанную дробь от холода и мышцы начали постепенно коченеть. Если пока он занимался спасением девушки силам пришлось-таки найтись и мышцы немного разогрелись, поднимая ее, то теперь, когда ему только и оставалось, что ждать прибытия помощи, мышцы начали переставать слушаться. Удивленно Похмельной отметил, что ему не очень-то и легко даже приподнять руку, она отказывалась нормально гнуться. С раскрытым ртом он наблюдал за своими движениями, которые ныне более напоминали движения куклы нежели человека.
Наверху послышалась возня и Арнольд поднял голову в ожидании помощи. Судя по всему спасенная наконец-то пришла в себя и ныне возвышалась сверху, на краю ямы, судя по всему глядя на него. Арнольд не мог точно разглядеть, что она творит благодаря грязи, налипшей на его очки. Как он не пытался их протереть, разглядеть, что там происходит наверху, он не мог в упор, как говорится. Грязные пальцы все терли и терли стекляшки очков, но иного эффекта кроме размазывания грязи по стеклу не было. Наконец, собрав силы, он попытался крикнуть (хотя вышло скорее тихий призыв):
- Ну что там? Девка! Есть ли выход? - пожалуй, клацанье зубов, и то было громче. - Девка! Не стой! Замерзаю!..
А она все стояла, как будто думая… Или нет? Разобраться было сложно. Вдруг она исчезла из поля зрения и Арнольд остался совсем один. Холод сковывал тело и снова накрывая пеленой мысли. Арнольд обхватил себя руками и попытался спрятать их под мышки себе в тщетной надежде, что это принесет хоть толику тепла. Легкая сеть взялась неизвестно откуда и упала на мысли, из-за чего сознание начало как-то плыть в океане безмирья. Самоосознание, Я, отделилось и беспристрастно посмотрело на замерзающее тело. Нет, он не был очень крепок здоровьем. И хоть пока что он как-то сохранил относительно нормальное состояние организма, и пусть он как-то не сумел набрать брюхо, как многие ровесники, но тем не менее крепким здоровьем он не обладал. Образ жизни просто физически не позволял ни правильно питаться, ни достаточно спать, ни обеспечить все же стареющее сердце достаточными профилактическими нагрузками. Что уж говорить о физподготовке? Потому водная процедура начала губить его… Сосуды сжались, пытаясь не допустить растраты живительной теплоты, предательски поглощаемой колыбелью жизни - водой, и загустевающая кровь едва пробивалась по жилам. Порыв ветра ли, иль просто невероятная удача, но впорхнувший листик с какого-то дерева, опустился на лоб и помог сознанью вынырнуть из пелены холода.
Арнольд тихонько вскрикнул и резко вскочил на ноги. Я же умираю! Арни, не смей! крикнул он себе, силы же остались! Он резко взмахнул руками, отправив их за спину. Скорее по инерции, они описали размашистую кривую и шмякнулись о стены ямы. Простое движение выгнало холод из головы и немного разогнало кровь по жилам. Еще не время! Не время, мать твою, Арнольд! Еще не все, мы повоюем! Рано же я собрался на покой! Злобная усмешка скривила губы. Он начал заново свои попытки вырваться. Ясно, что просто так ему не удастся взобраться наверх. Ни сил, ни роста не хватало и - обиднее всего, клянусь его честью! - ведь не хватало всего-то ничего! Просто чуть-чуть выше приподняться да ухватиться за хоть что-то, и все, подтянуться, собрать силы и можно запросто оказаться на свободе! Девушка ушла, за помощью или нет, неизвестно, но ведь равно же неизвестно и сколько она бегать там будет и будет ли вообще. Потому ждать себе дороже. Он вылезет и пусть они все, весь город сдохнет! А он нет! Арнольд начал методично ковырять глину, создавая себе ступени или упоры для ног и рук, по которым он покинет свою тюрьму. Ему даже удалось приподняться настолько, что рука показалась над краем и начала шарить в поисках хоть какого-то упора. Ну где же ты? Где же? Дьявол! чертыхался Арнольд, не находя ничего подходящего… силы иссякли и он резко плюхнулся в воду. Вынырнув, он постоял и поглядел наверх. Ну ведь так же близко… Неожиданно показалась голова спасенной. Это где же она пропадала?
- Подожди, милок, ещё чуть-чуть, я сейчас! - и снова пропала.
Арнольд начал немного успокоился. О нем не забыли. И хоть спасение возможно близко, решено было снова начать свои, не слишком правда, успешные попытки к спасению. Предостережение о падающей бочке пришло как раз вовремя (он как раз начал было терять моральный дух) и отвлекло ученого от своей деятельности. Появившаяся бочка дала долгожданную надежную опору и он более чем по грудь высунулся из воды. В голове пронеслось: "Спасен!". Он начал шарить почти вслепую в поисках надежной опоры, но не нашел ее.
- Девка! Еще немножечко! Мне не за что зацепиться! Дай руку! Еще чуть-чуть! - крикнул он спасительнице, которую хоть и не видел, но знал о ее присутствии.
Ему были даны ноги, за которые он вцепился и с трудом выбрался наверх, плюхнувшись на землю, открывая тело продувному ветру, господствовавшему наверху...
Вырвавшись из ямы, он почти без сил упал на землю, отдышался и, оценив шутку девушки, принялся просто кататься по траве, не имея сил нормально двигаться, но понимая, что остановка сейчас означает  верную смерть. Он слабо замечал творящееся вокруг, но реплика: "Похоже, подыхаю я!" вернула в реальность, связь с которой он периодически терял. Он с трудом поднялся на четвереньки и подполз к телу спасительницы.
- Вставай! Немедленно вставай! Не смей лежать! - хрипя, шептал он. Далее принялся ее толкать и пытаться приподнять с земли. Проклятый ветер, как же он не вовремя поднялся! Гадина! До чего же холодно! Если она не начнет шевелиться, потеряет сознание, то помрет, это вполне очевидно. А до людей просто рукой подать. - Вставай немедленно! Поднимайся! - не имея сил ее поднять с земли, Арнольд подошел к девушке сзади и продел руки под мышки. Внезапно взгляд упал на запястья рук, крепко державших сумку: они были окровавлены. Как она их повредила, Арнольда не заинтересовало, главное, что перевязки нормальной нету, а кровь шла и они, наверное, очень болели, раз девушка каждый раз шипела, когда он начинал двигать ее руки. Несмотря на его попытки поднять ее, она так и не сумела встать самостоятельно. Она и сама хотела подняться, но просто ноги не слушались. Придется тащить, сил нести-то нету. А отдавать концы там, где до спасения просто рукой подать, как минимум глупо.
- Девка, ты прости, но руки мне тебе нечем перевязать. Потерпи, дорогая, сейчас до домов дотяну… - он все же подцепил ее под плечи. Холодна, как мер… Арнольд содрогнулся и сам. Да нет уж, дотянет! - Там люди, они тебе помогут… - он попытался ее сдвинуть по направлению к дому. - А может и мне помогут… - тяжеленькая. Нелегко было ее перемещать к дому. "Черт, а что с плащом?", мелькнула такая мысль, но ее сменила совсем иная: "Потом, успею и его забрать…". Он тащил ее вдоль стены дома к дверям и молился, чтоб ему открыли...

+1

113

Пока он катался, "тоже мне щенок на лужайке", ей всё же удалось, опираясь ногой о землю подтянуть себя вверх. Лямки ослабли, перестав приносить дикую боль запястьям. Стиснув зубы, она осторожно вытащила кисти, плечи ныли, словно ей их пытались вырвать. Намертво вцепившись в сумку, Агнес подтащила её к себе. «Вот так, больше ничего не надо, сейчас посплю и двинусь дальше». Спать хотелось жутко, колени медленно подтягивались к животу, а голова притягивалась к коленям. Спать… 
- Вставай немедленно! Поднимайся!, - он примерзко дёргал её, доставая из сладкого забытья. «Чтоб ты сдох!» Ну почему нельзя оставить её в покое, она просто поспит и пойдёт дальше. От девушки не отставали, требовательно ставили на ноги, но те упорно отказывались держаться. Холода уже не было, уже не тряслась челюсть, она словно плыла в каком-то бескрайнем просторе. Её дёргали, трясли и куда-то тащили. Откуда-то словно издалека, Агнес слышала, даже не чувствовала, а просто слышала, что её ноги скребут землю. Что-то про дом где помогут... "Какой идиот, ночью, двум страшилищам откроет?" Кларк доволокли и пребольно шмякнули копчиком о землю. Потом, запнувшись о проколотое рогом бедро, через неё перешагнули, девушка очнулась и открыла глаза. Холод вернулся, спать расхотелось. Он пошёл стучать в дверь.
  Их конечно же не пустили, только взглянув на их вид и увидев лицо людоедки, открывшая им женщина перекрестилась,  дверь захлопнулась, и послышался звук задвинутого засова. Похмельной, что-то ругался в ответ.
- Ты, что не понимаешь? Смерть в городе, мы подыхать будем, нас ни кто не пустит! Песчанка! – Голос у девушки звучал так, словно она уже была в ином мире.
Кларк уставилась на Похмельного, и безумная мысль заползала к ней в голову. Агнес вспомнила старую байку о степняке, заблудившимся со стадом в пургу. Как тот спасся от холода, вскрыв быку брюхо и спрятавшись в нём. Нет, конечно, она вся не залезет, но руки и ноги отогреть сможет. Её рука потянулась к торбе за бритвой, её инстинкты требовали одного – выжить! Перед её мысленным взором пронеслось: взмах, он дёргается и затихает, тут же наступает горячее блаженство для ног и рук. "Степь простит свою дочь, а Суок примет жертву".  Рука пыталась раскрыть торбу, когда её ободранного запястья коснулась затвердевшая жёсткая ткань, словно тёркой по нервам провела. Агнес посмотрела на кровоточащую руку. Мара отпустила девушку, пелена безумства сходила с глаз, оставляя за собой след досады и злости на саму себя. Она опёрлась обо что-то спиной и, подтянув колени к груди, обняла их руками. Её снова начало трясти, одержимость ушла окончательно, вернув возможность мыслить разумно. «Надо добраться до Боен, хрен с ним с секретом, жизнь дороже». 
- Минутах в двадцати, стена Бойни, если доберёмся туда, то есть шанс остаться в живых, - и она даже ни капельки не соврала, она же сказала, что только шанс, и он гораздо выше, чем бритвой по горлу. И потом, может дети Бодхо не тронут его, если она попросит, - только идти надо сейчас, пока ещё силы есть. "Какие у тебя к чертям силы!? Он тебя дотащит, а потом его же там и прибьют!" Совесть скребла по гортани опускаясь в желудок, вызывая тошноту. Осколок её души бился в истерике, глядя на то, что делает разум девушки.
- Мне одной не добраться, а там мн.. нам помогут! - Серьёзно и со спокойным лицом предлагала Кларк. "Я никогда бы так не поступила будь у меня выбор!" Но эта мысль успокоения не приносила.

Отредактировано Agnes Clark (2010-09-02 22:48:40)

+1

114

Рубин не чувствовал себя виноватым, да, он осознавал свою вину и готов был понести заслуженное наказание, но он снова бы сделал то, что сделал. Его ястребиные черты лица заострились ещё больше, а крылья носа затрепетали. Мертвенная бледность разлилась по лицу и только глаза светились ласковой теплотой и каким-то безграничным сочувствием.
- Я сделал то, что считал нужным, то, что должен был сделать! Или она хотела, что бы ты сам вскрыл своего отца? – он почти сорвался на крик, - САМ… ОТЦА… Я не хотел, что бы ей и тебе было больно. Но мы должны были узнать, что убило Исидора. И кстати сказать, это избавило тебя от нужды бегать по городу от разъярённой толпы, желающей разорвать тебя в клочья за убийство своего же отца!
Он видел, что Адриан стал не таким поборником традиций, каким был его отец, это порадовало Давида. Но также врач не ожидал испытать печаль, какая уколола его сердце, из-за того, что младший Бурах так запросто отмахнулся от того, что составляло смысл жизни старого менху.
- Это славно, что ты не столь упёрся в эти древние традиции, что ты не настолько менху, - он похлопал Адриана по плечу, - ты прав, времени терять нельзя, у тебя есть идеи по поводу экспромта?
Рубин двинулся к выходу. – И ещё, ты можешь, если захочешь остановиться у меня, ключ я тебе дам, но район заражён, и передвигаться будет сложно, везде патрули. – Давид приостановился, - А что по поводу плана Б? Есть какие-то конкретные предложения?   

Отредактировано David Rubin (2010-09-05 22:42:17)

0

115

Подмечено верно, его и взаправду никуда не пустили. Хозяйка, по-видимому, аж рот открыла от неожиданности, когда увидела его в таком виде. Сбивчивая речь, ужасный внешний вид и еще что-то за его спиной напугали несчастную до такой степени, что она без лишних слов перекрестилась и быстро затворила за собой дверь прямо перед носом. Препаршивая ситуация… Арнольд выругался и задумался. "Логично", он хлопнул себя по голове. Полная нелепость! Ведь Песчанка на дворе, а он ломится, да в таком виде, к тому же к незнакомым людям. Он бы не открыл и уж тем более не впустил даже если бы болезни не было. Девушка озвучила его собственные мысли, отчего Арнольд поежился и злобно подумал: "Ну так а какого хрена?! Помирать так запросто под человеческим жильем?! Для спасения надо просто убедить!". Но как это сделать он не знал. Внезапно она начала возиться и что-то искать, после чего изрекла:
- Минутах в двадцати, стена Бойни, если доберёмся туда, то есть шанс остаться в живых, - про них он да, знал.
- Девка, к этому ужасному месту я ни за что не пойду. Мало того, что там смердит от этой нечисти, что там обитает, так еще и они вослед за Исидором меня очень не прочь повесить. Не, там искать спасение я буду в самую последнюю очередь, - твердо сказал Арнольд. Что делать, старик после того трагического случая, что произошел с одной из арнольдовых пациенток, и который во всех красках ему описал и расписал доблестный Рубин, Исидор аж побледнел от гнева. Будь он помоложе, лично бы задушил. Да, времечко было то еще: как никак а эти дикари здорово тогда возбудились и более двух месяцев Арнольд опасался появляться вне дома. Неровен час или гуманисты Кейнов поймают, или рабочие. Местные степняки в Бойнях не бунтовали, но было ясно, что Исидор у них в немалом почете и к его мнению там явно прислушиваются. А что им придушить такого негодяя, каким его обрисовал Рубин, основной свидетель произошедшего?
Потому предложение девушки для Арнольда было абсолютно неприемлемым. Холод заставлял действовать решительно. Его передернуло дрожью, и решение пришло мгновенно. Решение было страшным и если совесть Агнес могла перенести его гибель… то его совесть также с трудом, но отступала. Скованное холодом тело девушки, слабый голос говорили о том, что ей не так и много остается сил на борьбу. Ему было очень жаль ее участи, но своя мокрая рубашка, высасывающая тепло при каждом движении, при каждом порыве ветра, была все же ближе к его телу, чем ее свитер. Лихорадочный поиск решения, сильная дрожь во всем теле из-за холода (а может совесть?..), вот что сопровождало слова девушки о возможном спасении.
- Мне одной не добраться, а там… нам помогут! - точно реплику он не расслышал, хотя смысл уяснил.
Но тащить ее, да ко всему прочему еще и реактивы… да еще и туда, - попахивает пневмонией, однако же! Такая штука в самом разгаре эпидемии его не радовала. Взглянув на девушку еще раз, он принял решение:
- У нас есть всего два выхода: или мы упрашиваем местных помочь нам, или разделяемся. К Бойням я не пойду в любом случае, - он посмотрел девушке в лицо и, промолчав, продолжил: - Я тебя вытянул, но нянькаться не буду, - на последней фразе он запнулся. Все-таки и она ему помогла… Но ведь из-за нее он также оказался в яме! Арнольд мотнул головой. Нелегко отказать в помощи человеку, которого только-только вроде бы как спас. А жить ведь хочется! С ней оставаться - только замерзнуть. Тем более, что и правда, им вряд ли откроют, кабы еще не подстрелили на радостях.
- Короче, вставай, - подытожил он и тихо, заикаясь, добавил: - Я иду, а ты… Ежели останешься тут - умрешь, - тихо закончил он. Наверное, это означало похоронить ее прямо тут. Ему стало противно от самого себя. Не то чтобы новое ощущение, но сейчас оно было каким-то особым. Конечно, оправдание лежало перед внутренним взором, но что-то говорило - ты не прав, так нельзя!
Все решалось в эту секунду...

Отредактировано Arnold Pokhmelnoj (2010-09-07 23:59:01)

0

116

Совесть, проделав обратный путь  по гортани, мазнула розовой краской по щекам, благо в сумерках видно не было, и непривычно-солёным растворилась в глазах. Она опустила взгляд на свои пораненные руки.  Да, это мерзко тащить туда, где его скорей всего убьют. Да, она собиралась попользоваться им, а там как ему повезёт, и да, она понимала, что по горлу было бы честнее,  милосердней что ли, чем давать надежду, а потом отдать на растерзание (она ведь не уверена, что ей удастся уговорить их не трогать Арнольда, девушка скорей убеждена в обратном). Но одной ей не вытянуть, инстинкт требовал своё.
«Нет, к Бойням он не пойдёт! Слишком боится! Что же делать?» Она лихорадочно искала выход.
- Я тебя вытянул, но нянькаться не буду. – Эта фраза заставила хмыкнуть и сосредоточится на запястьях. Трясло Кларк не на шутку, словно проводов оголённых от уличного фонаря коснулась. Уже было не до глупостей. - Короче, вставай. Я иду, а ты… Ежели останешься тут – умрешь.
Агнес попробовала встать. Ноги разогнулись с трудом, а голова сразу закружилась. Посиневшие губы девушки, ярким пятном выделялись на мертвенно бледном лице. Она ничего не могла сделать, злые слёзы бессилия засверкали в её глазах. Зависеть от чьей-то воли и жалости, что может быть хуже для Людоедки. Но… В одном он был прав - остаться одной значит умереть! «Эх, знать бы заранее, не тратила бы драгоценные силы на его вытаскивание». Запястья сразу заныли. Но в первую очередь надо было позаботиться о Роге. Он важнее, чем её гордость! Важнее даже, чем её треклятая, никому не нужная жизнь! Она ухватилась за его рукав, вцепилась тонкими мраморными пальцами до боли в суставах.
- Зря ты надеешься на их помощь, они, как только меня узрят, так в лучшем случае дверь закроют, а то могут и за обрезом сходить, - её голос сорвался, стал чуть просящим, она подняла на мужчину полные слёз глаза (и не важно от чего были слёзы, главное, что они теперь были), - всё их степные поверья.. они считают меня… чем-то вроде проклятой, - девушка вздрогнула и продолжила уже печально, - порой эти предрассудки так раздражают, да ведь? На лице застыла обречённость.
-Упрашивай, скажи им... скажи им, что Кларк в долгу у них останется. Они поймут. А я здесь подожду, тебе легче и быстрее будет, потом за мной вернёшься. - Она пошатнулась, и вопросительно заглянула ему в глаза. - Вернёшься ведь? «Если не околею к тому времени…» В голове же крутились разные мысли. А следом за мыслями, кружиться стало и перед глазами...
Но решать всё же предстояло ему.

Отредактировано Agnes Clark (2010-09-10 16:37:14)

+1

117

Чертова жалость! Его трясло, трясло, как при очень сильной лихорадке. Чертова девка! Он понял, что оставить ее просто так наверху не выйдет. Он просто физически не сумеет уйти. Слезы на ее глазах окончательно добили морально изнуренного человека. Долгие недели непрерывной работы, порою работы по ночам, недосыпание, усталость, сегодняшний день… он не выдержал. Он не сможет оставить ее здесь просто умирать. Зубы заскрипели от бессилия совладать с собой. Только что он хотел отправится за своим мешком и к дому, но теперь путь был заказан. Он не был героем, нет, его нельзя было бы назвать храбрецом. Но Арнольд и не был злодеем, каким был обрисован в Столице и тут. Бездушным негодяем он не являлся. Человеческое горе, страдания оставляли в нем свой след, и пусть он уже вышел из того нежного юношеского возраста, когда можно быть очень впечатлительным, он не успел покрыться броней. Даже кровавая работенка, которой он занимался не первый год, не смогла этого сделать, и потому он надирался после каждой операции, чтоб не рехнуться. Спирт не растворил, не вымыл это что-то.
Девушка, случайно встреченная им, очень нуждалась в помощи. Пусть ее появление было внеплановым, пусть она его выкупала. Ну так ведь и что? А сейчас она теряла сознание и если ее оставить вообще могла околеть. Арнольд медленно провел рукой по лицу и шмыгнул носом. Надо, Арнольд, надо. А предрассудки, да, очень досаждали.
Он приподнял ее, взяв руками под плечи и попробовал нести. Не вышло. Сил было мало. Какие-то несчастные полцентнера веса, а он не может их поднять! Его передернуло от досады. Он не сумеет ее далеко оттащить, надо где-то поблизости...
Потому без лишних слов взял девушку и прислонил к стене первого дома, а сам кинулся к ближайшему. Ноги ныли и отказывались бежать, но надо было. Заветная дверь, громкий и долгий стук в нее, глаза, полные надежды, безумного желания, чтоб открыли.
Дверь начала открываться...
- Хозяин, открой! - он быстро проговорил немного дрожащим голосом в отворяющуюся дверь. - Выручай! Пожалуйста! - Арнольд быстро вставил ногу в дверной проем, чтоб ее не закрыли перед его носом. - Будь человеком, помоги!
Во что бы то ни стало он должен договориться.

Отредактировано Arnold Pokhmelnoj (2010-09-11 15:12:23)

+1

118

Муж с женой сидели за столом на уютной маленькой кухне, и пили вечерний чай.
- Рат, не мели ерунды! Никуда и ни в какое оцепление ты не пойдёшь! – Его жёнушка как всегда спорила с ним по любому поводу.
- Лиза, там деньги платят, а ты знаешь, что сейчас начнётся! Поезда уже перестали ездить и скоро на продукты цены взлетят, работы в городе не станет, а здесь платят, и не плохо, - он ещё пытался успокоить нервничающую женщину, как в дверь забарабанили.  Жена вцепилась в него и придавила к стулу, - не открывай! – в её глазах он почитал испуг.
- Ну что ты детка, успокойся. Это наверняка Фёдор, он тоже собирался сегодня идти со мной.
Застучали снова и уже не прекращали. Мужчина поднялся, отцепил от себя руки жены и посмотрел ей в глаза. Так соседи не стучали. Он сделал шаг по направлению к дверям, женщина подскочила, её шаль соскользнула с плеч, и стало видно округлый живот, который она испуганно прикрыла руками. – Я боюсь, Рат! Не открывай! Её муж постоял ещё несколько секунд и решительно направился к дверям. Замок щёлкнул, дверь приоткрылась   
- Хозяин, открой! Выручай! Пожалуйста! Будь человеком, помоги! - Грязный ботинок вклинился между дверью и косяком. Голос говорящего дрожал не меньше, чем голос его жены. Всё еще придерживая дверь, мужчина достал из-за пояса револьвер.
- Я предупреждаю, одно неверное движение и ты труп, - за его спиной охнула жена, - я на Паркера работаю, - предупредил он, - что тебе надо?

0

119

Радость Арнольда, что ему открыли, не могла быть испорчена ни угрозой хозяина расправиться с ним, ни высунувшимся из-за двери револьвером. Ему открыли, его... их могут спасти. Сердце Арнольда забилось от радости сильнее.
- Слава Богу, что вы открыли! - с облегчением вздохнул Арнольд. - Уважаемый, прошу вас, помогите нам, - сказал он как мог спокойнее. - Мы попали в беду. Я и та девушка, вон, возле дома лежит, - он указал в сторону Агнес, - и сейчас просто замерзнем насмерть. Пустите пожалуйста погреться. Девушка совсем плоха, того и гляди помрет. Кажись, Кларк назвалась, сказала, что в долгу не останется, я тоже. Мы не больны, просто глупо так получилось, в яму попали глубокую, еле спаслись, - он не стал рассказывать подробностей случившегося и только попросил: - Помогите, пустите отогреться. Поможете донести? - спросил Арнольд о девушке.
Похмельной внимательно и выжидательно посмотрел на хозяина дома. Да, он знал этого человека. Странное еще у него имя, как помнил он - то ли Рат, то ли Рам. Пусть близко не знакомы (своих соседей Арнольд до сих пор почти не знал несмотря на длительный промежуток пребывания в городе), пусть, но вместе они несколько раз встречались, так, мимоходом, курили, общались. Оказывается это славный приятель их общего знакомого стеклодува Альберта Федоровича Кривюка, у которого Похмельной часто заказывал лабораторную посуду, когда безупречность стекла была необязательна. Так вот, этого самого товарища Арнольд часто просил связываться со стеклодувом коль скоро те близко знакомы и часто общаются, по работе и так. Арнольд хмыкнул.
- Как там, кстати, Альберт Федорович? - автоматически поинтересовался Арнольд. Давно уж не виделись.

Отредактировано Arnold Pokhmelnoj (2010-09-11 21:49:24)

0

120

Перед глазами кружилось, Агнес хотела присесть обратно, но ей не дали. Он видимо попытался поднять её, но что-то у него не заладилось, а может просто отодвинул, что бы под ногами не мешалась. Спина прижалась к холодной стене, и Кларк осталась одна. Агнес почему-то видела плохо, она подняла глаза к небу и моргнула, две горячие дорожки прочертили линии на грязном лице. «ОнневернётсяОнневернётсяОнневернётся». Крутилось заезженной пластинкой в голове, как на Исидоровском патефоне, когда иголку заедало на какой-нибудь царапине. Агнес медленно сползала по стенке на землю. Шершавая стена дома царапала спину даже сквозь свитер. Опустившись полностью, девушка как обычно подтянула колени к груди и легла на них щекой. Её руки поглаживали землю,  словно прощаясь. Она уже не чувствовала пальцев, но ладони ещё ощущали камешки и песок. Агнес зажмурилась и всхлипнула (надо же Людоедка всхлипнула как маленькая девочка). Спину, в тех местах, где прошлись шероховатости стены жгло… жгло…
- О Турах! Какая же я дура!  - Агнес стала стягивать с себя свитер. Сначала достала одну руку, затем вторую. Секунду передохнула. Самое сложное было снять его с головы, руки совсем не хотели сгибаться. Наконец ей это удалось, а тело даже не покрылось гусиной кожей. Агнес хмыкнула. Она постаралась отжать снятый свитер, кисти не гнулись, но часть воды всё-таки вытекла из вязаной ткани. Девушка, стараясь надавить как можно сильнее, стала водить по коже, влажной шерстью. Сперва она даже не ощущала прикосновения к своему телу. Потом кровь под кожей побежала быстрее, стало больно, но это пусть… это хорошо… если стало больно, значит, у неё есть ещё время…  Девушка натянула свитер обратно.

Отредактировано Agnes Clark (2010-09-13 02:21:32)

0


Вы здесь » Утопия "Шанс выжить дается не каждому..." » Отыгрыши » Район "Кожевенный"


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC